— Господа, я собрал вас здесь не для того, чтобы обсуждать старые обиды, — начал атамана, его голос звучал ровно и твердо, но в нем слышалась стальная нота. — Я знаю, что вы считаете нас захватчиками. И вы ненавидите сикхов. Вы видите в нас, в казаках, пришедших по приказу Императора далекой Руси, врагов, пришедших занять ваши земли. Но все это не так. Ваш враг — не я, не Сингх. Наш общий враг — Англия. И я пришел в Индию, чтобы уничтожить Ост-Индскую компанию, которая десятилетия грабит вашу страну.
Он сделал паузу, оглядывая каждого. Я увидел, как у Холкара напряглись скулы, а Дуалет, чуть наклонив голову, слушал с нескрываемым любопытством.
— Но, к сожалению, есть одно важное обстоятельство, — продолжил Платов. — Император в России сменился. Наш новый правитель не хочет воевать с Англией. Более того, Ост-Индскую компанию теперь защищают не только их собственные, но и королевские войска. Я не могу воевать с британцами напрямую, ведь моя страна не воюет с Англией. И я пришел договариваться. Но сперва объясню, зачем мне нужен Алам-шах.
Сингх допил все из кубка, махнул рукой слугам, чтобы ему несли еще вина.
— Мне нужно звание назима, управителя войсками падишаха, — продолжал тем временем Платов. — Только став назимом Алам-шаха, я смогу получить от него приказ освободить Бенгалию. Британцы нарушили договор, они обещали платить Великому Моголу два с половиной миллиона рупий за сбор налогов, но давно перестали это делать. Если мы вернем Калькутту Великому Моголу, вы сможете забрать Дели себе обратно и снова драться, сколько вам будет угодно. Но пока я требую от имени падишаха мира! Я требую единства!
Навабы зашумели, начали переглядываться. Еще никто с ними так не разговаривал. Все посмотрели на Бегум — она согласно качала головой, мгновенно оценив перспективы. Эта маленькая женщина была действительно ключом ко всему. Не будь ее здесь, споры могли бы длиться часами.
— А Сингх? — спросил Дуалет, почти уступая, его голос был низким и властным. — Он разве не заберет Дели себе?
— Сикхов в Дели ненавидят, — покачал головой Холкар, обращаясь ко всем присутствующим. — Они нападали на столицу девятнадцать раз за годы правления Алам-шаха!
Сингх, наконец, поднял голову, его взгляд был прямым и жестким.
— Мы мстили за наших людей, казненных здесь, в Дели, и за массовые убийства сикхов в Пенджабе, — сказал он, его голос был таким же тяжелым, как и его кирпан на боку. — Но я готов уступить вам Дели, маратхи, если вы не будете мне мешать захватить Синд — все земли вдоль Инда до его впадения в океан. Мы все хотим больше власти. Для этого нужна сильная армия, так? Армия требует больших денег! Но где их взять, за треть века междоусобиц мы знатно истощили запасы своих сокровищниц?..
Я увидел, как махараджи, словно китайские фарфоровые болванчики, дружно кивают его словам. Похоже он нашел путь к их сердцам…
— Именно в этом и дело, — подытожил Платов, завершая переговоры. — Золото нужно взять у англичан. Все согласны?
Холкар поднялся, посмотрел на Дуалета. Тот тоже встал:
— Мы согласны! Мирный договор на год, союз и титул назима.
— Вот знак моего согласия, Синдия, — решительно заявил Яшвант Рао. — Прими обратно свой меч Зульфакар, потерянный тобой на поле боя!
Он сделал знак своей свите. Дуалету передали драгоценный клинок. Он принял его, поцеловал и, повесив на пояс, обнял старого врага.
Договор был заключен. И я осознал, что в этой древней стране, где правят интриги и борьба за власть, Платов, как опытный игрок, умело использовал все карты, чтобы разжечь огонь войны с новой силой.
(1) Из одного баньянового ствола со временем может получиться целая роща; согласно легенде, армия Александра Македонского в количестве 7 тысяч человек однажды отдыхала под такой зеленой крышей.
(2) Согласно одной из версий-легенд прототипом азербайджанской сковородки-садж послужил маленький круглый персидский щит.
(3) Зульфакар — легендарный прямой меч Пророка, имевший раздваивающееся острие. Его индийский аналог, в нашем случае, изгибался, как шамшир.
(4) строй покоем — это построение отряда большой буквой «П».
— Даритель мира, Сияющий путеводный свет, царь царей, Великий Могол Алам-шах Второй дарует сему иноземцу Платову титул своего назима со всеми вытекающими правами, но без права собирать налоги без ведома Дивана и ведения судебных дел! — громко возгласил Холкар на весь зал публичных аудиенций Диван-и Ам.
Звуки его речи заметались среди 60 колонн из красного песчаника, под сводами арок, пока не вырвались на просторную зеленую площадку перед зданием и не унеслись к Разноцветному дворцу.
«Ага-ага, путеводный и сияющий, — подумал я. — Что ж вы бедолагу шаха в черном теле держите, маратхи? То-то он согласился назначить Платова назимом, стоило ему пообещать увеличить содержание жен, шах-заде, с одной рупии в день на две каждой».
