– Полный бред! Еще в Берлине мне ни как не удавалось понять, ради чего планируется эта экспедиция, и кто дал на нее столько денег, – у Штайберга слегка заплетался язык, но соображать он еще мог. – Единственное объяснение – это доминирование Абвера во всех сферах деятельности колониальной Индии. Близится война, передел мира и наши интересы в этой части планеты надо защищать уже сейчас. Тащиться в Тибет, чтобы доказать преимущество арийской расы, что может быть безумней.
– Ганс, полегче на поворотах! За такие слова тебе в Германии вырвут язык, а затем повесят! – предупредил разведчика Генрих.
– А мы в Индии, а тут другие правила.
– Правила везде одинаковые. Предлагаю тебе заткнуться.
Ганс Штайберг обиженно засопел, но умолк.
– Господин Витцель, а вы что молчите? Какой-то вы сам не свой. Воды в рот набрали? – Розенберга тоже слегка развезло при такой жаре и обильной выпивке.
– Нет желания в машине обсуждать такие вопросы, да и мы в разных весовых категориях. Я же на приеме не пил вовсе. Надо было провести разведку боем. Узнать у кого какое настроение, кто считает экспедицию полезной и безопасной, на чьей стороне вице-король, что думает мэр Калькутты, ну и чем живет сам Лоренс Бертрант.
– И как прошла разведка боем, – спросил Розенберг с сарказмом.
– Давайте у вас дома поговорим, тем более, что мы уже почти подъехали.
Машина скрипнула тормозами и остановилась. Мужчины медленно выходили, обильное возлияние и чрезмерная еда, сделала их неповоротливыми. Витцель выбрался первым из автомобиля и своим ключом открыл двери особняка.
– Вы пока найдите выпивку, а я что-нибудь поищу на кухне, – Дитрих направился внутрь дома.
Розенберг и Штайберг, пошатываясь, добрались до гостиной, и расселись в кресла.
– Где у тебя виски, Генрих? – Штайберг порывался встать, но сил на это не хватило, и он рухнул на место.
– Ганс, тебе точно хватит! – Розенберг с трудом выбрался из своего кресла и, пошатываясь, направился к бару.
– Я в порядке, еще немного выпивки мне не помешает.
– Ну, смотри! Шнапс или виски?
– Ты же знаешь, что виски!
– А как же национальные интересы и патриотизм? Шнапс традиционный напиток Германии, а виски пьют наши враги, – не удержался от едкого замечания хозяин дома.
– Но если немножечко, то это не предательство, а разведка боем, как сказал Витцель.
– Тебе сразу стакан, чтобы не повторять?
– Ну да. Предполагаю, что разговор будет долгий, – Штайберг закрыл глаза и затих.
Через несколько минут в гостиной появился Витцель с подносом.
– Не так много на кухне еды оказалось, – он поставил добычу на стол, – а наш друг успел поднабраться, и теперь спит?
– Я все слышу, – заплетающимся голосом пробормотал пьяный немец.
– Как он еще остается на службе Абвера, да еще вхож к самому Канарису, – Витцель пожал плечами.
– Меня тоже это всегда удивляло. Но больше всего меня поражает его потенциальная везучесть. При таком отношении к работе, склонностью к алкоголизму его должны были убить раз десять и посадить в тюрьму за шпионаж в чужой стране сразу по прибытию. Однако он жив и даже здоров, выбрался со всех передряг, а теперь является посланником самого Канариса в Индии.
Дитрих с пренебрежением посмотрел на спящего Штайберга, изо рта которого капала слюна и поморщился.
– Да, тут и сказать нечего. Вы же с ним были в хороших отношениях в Испании? Почти друзья.
– Обстоятельства так сложились, пришлось вместе работать, – Розенберг склонил голову на бок, рассматривая на свет стакан с виски.
– Выпить мне не помешает, – глядя на хозяина произнес Витцель и взял полный бокал виски, который предназначался для Штайберга.
– И что же вы скажите про сегодняшний вечер?
– Очень любопытный, надо сказать, был этот вечер, – Дитрих подвинул свое кресло к столу, за которым сидел Розенберг. – Много приглашенных, конечно со всеми поговорить не удалось, но с некоторыми гостями познакомился и перемолвился парой слов.
– И к какому выводу пришли?
– Выводы делать рано, но кое-что уже становиться ясно. Губернатор Калькутты Чандра Бос ненавидит англичан. Он точно воинственный фанатик, самая худшая ее версия. Поддерживает идеи фюрера и готов оказать поддержку экспедиции и любому начинанию, направленному против Великобритании. Достаточно умен и надеется, что после свержения колониального правительства с нашей помощью, он возглавит руководство независимой Индии. Также считает, что война не за горами.
– Это вы все поняли из разговора с ним? – удивился Розенберг, потягивая виски.
