Бегущая навстречу темнота закончилась тупиком и парой дверей, одна из которых скорее находилась в полу, чем в стене, а вторая в потолке. А ведь начинали по ровному полу — и либо здание потихоньку закручивается штопором, либо безумным архитекторам снова было делать нехер. Шейна выбила нижнюю дверь стальной ногой и… едва не улетела в затопленное пространство, а по ноге ударили черные щупальца. Два выстрела из дробовика решили проблему охотящейся одной «гривы», но оттуда полезли еще и выстрелы продолжились, пока я открывал верхнюю дверь. Заглянув, увидел заваленные мебелью апартаменты, заросшие плесенью стены и больше ничего. Нам годится…
Подтянувшись, перевалился внутрь, отбивая себе ребра выступающими частями нахапанного оружия, свесил руки вниз и поочередно втянул к себе всех, кроме Шейнов. Та, отстрелявшись, на автомате протянула мне руку — хватай и тащи мол, я же сраное перышко на вонючем ветру. Ага… а чё нет… ща втащу. Постучав себя пальцем по лбу, я откатился от входа, отогнал остальных и, перепрыгивая всякую хрень, помчался по комнатам в поисках выхода. Выбежав в самую большую комнату, резко затормозил и едва не отвесил челюсть в изумлении — тут оказался зал со здоровенным панорамным окном. Раньше за ним высился урбанистичносраный величественный бизнес-пейзаж, а сейчас там колыхалась черная толща воды, пронизанная редкими нисходящими лучами с поверхности. Прозрачный материал был не стеклом, а скорее частью мощной внешней стены, поэтому наружное давление держал без проблем, хотя сначала я и поймал холодок в груди, подумав, что доплавался и вот мой персональный вход в смерть. Но даже оценив ситуацию, дальше я не пошел, а наоборот — торопливо отшагнул обратно и жестом остановил прущих следов. Вот дерьмо… за окном, в какой-то паре метров самое больше, медленно и грозно проплывал подводный средний экз Экстратерресто…
Отсюда надо валить и сро…
Не успел я убраться в коридор, как машина за окном резко крутнулась, зажгла прожектор и воткнула гребаный луч аккурат в том место, где я находился секунду назад.
— Засек, с-сука! — выдохнул я, с грохотом влетая в соседнюю комнату — Шейна!
— Да⁈
— Сюда! Живо! Надо снести эту стену! Сейчас!
— А что не так? Проблема?
— Твоя вялая медлительная жопа — вот наша проблема! — заорал я — Живо! Картечью! А вы все назад!
С направлением у нас было туго — пока всего одного. Ну и хер с ним…
Пробив выстрелом внутреннюю стену, Шейна расширила дыру тесаком и корпусом, проломилась внутрь, а мы следом.
— Дальше! Дальше по прямой, пока не скажу ласковое стоп слово! — рявкнул я ей вслед — Живо, уродина! Живо!
Злобный ответ. Выстрел. Удары тесаком. Таран корпусом — и мы уже в следующих роскошных апартаментах. Экз со стоном снес и разметал полированный рояль, впечатал в стену старинный стол и ударился о стену, экономя патроны. От тряски раненная Шейна застонала, но мне было не до ее жалоб на судьбу — я со злобой смотрел на плывущего параллельным нам курсом ублюдочного Экстратерресто с зажженным прожектором. Как бы я хотел достать тебя, тварь…
— Дальше! Дальше!
Пробежав через дверь — разнообразия ради — уперлись в следующую стену, но уже чуть дальше от внешней стены здания. Выстрел, грохот разлетающихся блоков, вой перегруженных сервоприводов и… мы ухнули в воду с разбега. Вместо пол лишь залитая темной водой пропасть. Я поймал в охапку двоих и виток троса на спине экза, Шейна сцапала остальных, и мы беззвучно канули на очередное дно, сквозь сомкнувшуюся вокруг нас воду наблюдая за неотступно следующим за нами лучом вражеского прожектора.
От нагрузки мне едва не вырвало руки из плеч — а в этих краях не стоит превращаться в зомби или червя, ведь новые руки вряд ли купишь даже за деньги. Хотя хер его знает какие технологии прошлого скрываются в небоскребах правящих родов…
У Шейны хватило мозгов не нырять слишком глубоко — нам сейчас не игр в декомпрессию для тех, кто лишен экзов. Да и в груди уже жжет даже у меня, а те, кого я продолжаю удерживать, уже на грани большого вкусного вдоха океанской водицы.
Зацепившись за какой-то выступ, подняв тучу ила, Клоун походя проломил пару гнилых стен, прыгнул и… прорвав пленку, мы оказались в родной среде. Здесь и задержались, стоя на карачках и пытаясь не выплюнуть дрожащие легкие.
Дерьмо…
Слишком много движения и ныряния, слишком быстро сгорает в крови кислород…
— Куда дальше⁈
Осмотревшись с фонарем, я понял, что вариантов у нас всего и оба сомнительные — либо нырять обратно и спускаться глубже, либо пройти по пояс в воде по тому, что раньше было частью парковочного этажа не самой бедной высотки. Я выбрал второй вариант и Шейна двинулась первой, обходя остовы гниющих в ржавой воде летающих машин.
Флаеры.
Выбравшись из трещины в полу, мы пересекали то, что некогда было парковой для роскошных флаеров, блестящих полировкой, с отделанными настоящей кожей салонами, способными развивать бешеной скорости и неплохой высоты. Хотя чаще всего машины использовались для пускания пыли в глаза и подчеркивания своего образа жизни.
