Всё равно Эрвину осталось жить недолго, так что всё равно терять нечего. Хоть какая-то компания. Съехав вниз, он перепрыгнул через воду, приблизившись к окликнувшему. Теперь можно было разглядеть его затёкшее лицо с множеством морщин. Под глазами красовались двухсантиметровые припухлости синего цвета, а на обоих глазах виднелось сильное бельмо и нарушение радужки.
– Что так разглагольствовал? – спросили местами выбитые почерневшие зубы, растопыренные в разные стороны. – Задница случилась, да?
– Да. – выдохнул юноша, облокотившись спиной об кирпичи и уже начинав постепенно съезжать вниз. – Из-за меня трижды чуть не погибли люди.
– Но не погибли ведь! – резонно заметил бездомный, указывая толстым пальцем в порванной чёрной перчатке.
– Но могли! И погибнут, если я и дальше продолжу вмешиваться.
– А что стряхнётся, если перестанешь?
Парень на момент задумался, начав рассматривать то этикетку, то расклеившиеся туфли собеседника. В реке быстро, еле уловимо проплыла рыба.
– Стану таким же, как и ты. – мрачно закончил он. – Тогда существование точно потеряет смысл.
И на этой фразе мужчина разразился гадким тягучим смехом, закинув назад голову. Вдруг передние зубы преобразились в клыки, а глаза покраснели, открывая жёлтый зрачок. Но Аурену уже было всё равно. И так чуть ли не половина грязи в городе – выходцы из Инфериума.
– Мы слишком разные, пацан. – раздался монструозный голос. – Я лишь девиант, отбившийся от заселения Земли. Да на хрена мне ваша Земля? Что там, что тут одно трепло, одно разводилово! Да, я тоже живу без целей, шмелей, но и большего никогда не искал. А ты, чувачок не из простых, такие в пропасть не падают.
– И как ты это понял?
– Это так, интуиция. – хохотнул бродяга, допивая содержимое измазанной в песке зелёной бутылки. – Где слыханно, чтоб двоедушник с Диплорэном сидели и вот так базарили! Да…мир совсем кукухой поехал…ты, кстати, будешь?
Когтистым пальцем он указал на купленную водку. Эрвин кивнул в ответ, разбил горлышко бутылки о стенку, после чего начал залпом осушать содержимое. Острые края впивались в кожу вокруг губ, текла кровь. Но было уже всё равно.
Закончив, черноволосый прокашлялся и швырнул сосуд в противоположный конец моста. Там она тихо и мирно рассыпалась на осколки.
– Никогда не пробовал пожить для себя? – спросил бомж спустя пару секунд.
– Э… – приходил в себя Аурен. – Для себя-я-я?
– Ну да. Когда начхать на окружающих! Люди вообще ху…кхм, на блюде, за каждым не уследишь. Но знаешь что, даже попытки это уже здоровски! Нельзя быть идеальным для всех, достаточно быть идеальным для себя…А чтобы стать таким, не надо забивать башку всякой дрянью!
– Ха-ха…нет. Всю жизнь окружающие преследовали меня, а потом молили о помощи. Да и эта тварь внутри не давала позабыть о том, кто я такой! – выкрикнул он.
– Мы всегда принимаем выбор. Всю твою жизнь ты строил сам, зверь внутри – лишь одна из проблем. Я задрался с проблемами, вот и сижу щас тута, ни с чем и ни с кем.
– Я…всё это время принимал выбор? – немного прояснившись, спросил Эрвин будто у самого себя.
– Да-да, а ещё боролся. – уверял оборотень. – Когда прекращал, то всё катилось хрен знает куда. Ты думаешь, у обычных людишек нет своих проблем? Кому-то ног не досталось, кто-то на войне или в катастрофе родню посеял…у всех бед хватает! Просто ты хочешь, чтобы тебя жалели, ведь ты такой сякой двоедушник! Уникум в своём роде! Но знаешь что, дружок-прирожок, никакой ты не уникальный. Параша она у всех параша, хоть князь ты, а хоть грязь.
В этот момент парень в кофте просиял, сделав удивлённую физиономию. Он поднял на уровень лица свою ладонь, разглядывая складки и мышцы на ней, синие вены и выступающие кости. Он осознал, что у него есть ладонь. Что у него есть кожа, чувствующая поток идущего ветра. Что у него есть глаза, которые могут всё это рассмотреть. Что у него есть силы, чтобы поднять саму руку! Да даже рассудок есть, чтобы осознать, что это именно его рука! Е-Г-О, а не какого-та там монстра!
– Жить надо, чтобы бороться… – подметил собеседник.
– А бороться надо… – восхищенно блеснули разноцветные глаза. – …Чтобы жить!
Сказав это, парень вскочил на ноги, просияв.
– Спасибо тебе, спасибо огромное! Даже совершив ошибки, я многому научился, стал сильнее. Нельзя подняться на вершину без практики, так и тут. Все страдают и пытаются преодолеть тяготы, даже берут на себя ношу других, так чем я отличаюсь? Всю жизнь я считал себя отщепенцем, но это лишь особенность. Преграда. А преграды нужно уметь преодолевать, использовать их! Извлекая опыт, можно…можно горы свернуть! Всем в этом мире не помочь, но в первую очередь надо помочь самому себе!
– Браво-о-о! – захлопал толстыми руками бродяга. – Молодцом!
Эрвин ещё немного постоял, взглянув на лучи утреннего солнца.
– Значит, самоубийство отменяется. – облегчённо выдохнул он. – Накладывать на себя руки могут лишь слабаки. Самое время вернуться к любимой работе!
Кисти парня по привычке начали покрываться длинной шерстью, вместо ногтей вырастали острые, слегка закруглённые когти. Пасть изображала настоящий волчий оскал.
