До стены он все равно не добрался — дошел до границы, той самой, за которой точно есть что-то ещё. Просто в нескольких метрах от него воздух перестал быть прозрачным, Мише такого видеть ещё не доводилось: можно было подумать, что этот туман проходил службу в Советской армии и не один день убил на занятиях по строевой подготовке, по крайней мере, команду «смирно» туман освоил на отлично — стоял сплошной стеной по линеечке.
Кривой не удержался — прикоснулся. Погрузил руку. Ничего. Туман не стал менее густым и вообще никак не отреагировал. Со стороны довольно жутко смотрелось — будто руку оттяпали. Кривой перестал думать и шагнул вперёд — в его сне тумана не было, но — «мы не привыкли отступать». Задержать дыхание Михаил не сообразил, поэтому успел попытаться вдохнуть — и почти задохнуться тоже успел. Дышать было просто нечем, будто он шёл не в тумане, а находился в вакууме. Спасло Кривого то, что он продолжал идти, а идти было недолго — метров десять. Туман кончился, начался нормальный воздух, появился нормальный свет — слабенький, какой бывает в больших городах на рассвете, когда небо затянуто облаками и солнца не видать, но новый день приходит — и становится все светлее и светлее.
— Здесь уже утро…
Миша с трудом сфокусировал взгляд на говорившем, точнее, говорившей. Туман, через который он только что прошел, вероятно, оказывал какое-то психотропное действие. Он ожидал чего угодно, но только не офиса. Огромные окна в пол, стол, кресла и менеджер. Топ-менеджер.
— Здесь — это где? Мы знакомы? — Если не обращать внимания на деловой костюм, перед Кривым сидела женщина из его сна. Что-то в ней было такое, что мешало назвать её девушкой. Ни одна морщина не предала её, и все же.
Коротко стриженая смуглая блондинка вышла из-за стола, каким-то неуловимым движением бедер обогнув это препятствие. Протянула руку для пожатия. Мужчины так не умеют — это не просто приглашение к знакомству — тут и обозначение дистанции, и обещание, но главное — в самом пожатии. Узкая ладонь оказалась неожиданно крепкой.
— Мария. А вы — Михаил.
— Вы не ответили.
— Простите. Отвечаю. Во-первых, мы не знакомы, во-вторых, сейчас вы находитесь в Гонконге, в моем офисе. Посмотрите на город, тем, у кого нет страха высоты, — нравится.
Михаил уже стоял у окна и уже успел надавить на глазное яблоко — все раздваивалось, ущипнул себя за мочку уха — было больно.
— Гонконг?
— Непохоже?
— Пока не знаю. Но красиво. И зачем я здесь?
— Решила познакомиться, ты против?
— Нет. У вас довольно продвинутые методы знакомства.
Кривой ей нравился. Мария видела разную реакцию, такую — почти деловую — встречала впервые. Михаил не осматривался, а словно примерял кабинет к себе, как рубаху, — размер правильный, осталось выяснить как сидит. Изучил высоту потолка, оценил мебель, заметил камеры наблюдения и сигнализацию, добрался до карты во всю стену.
— Это карта чего?
— Неужели не видно?
— Видно, только здесь все города не там, где должны быть. В этих местах нет городов. И названий таких я никогда не слышал.
Мария подошла к Михаилу чуть ближе, чем это нужно было, чтобы просто рассказать и показать. Достаточно близко, чтобы Кривой перестал задавать вопросы. Сейчас ему хотелось исключительно действия.
— Мне нужен водитель на пару дней в Петербурге. Плачу хорошо, работы немного — покатаешь?
— Вам не понравится моя машина, — Миша не торговался, скорее, не хотел разочаровать.
— С машиной я что-нибудь придумаю.
Мария прошла мимо Михаила к своему месту за столом, не совсем мимо — она снова задела его, а Миша изо всех сил делал вид, что внезапно потерял чувствительность. Уже воцарившись в своем кресле и, видимо, жалея Кривого, который старательно продолжал изучать карту, потому что не мог сообразить, что ему ещё тут делать, продолжила:
— Так располагались города на Земле около восьми тысяч лет назад.
— В Сахаре и Антарктиде?
— Там, где теперь пустыни, ледяные и песчаные, там, где теперь тундра, — везде были города, и знаешь что интересно: почти везде, где тогда жили люди, теперь есть нефть.
— В Монголии нет нефти.
— Может, её просто ещё не нашли? Михаил, предупреди Ефима, что завтра ты занят. Возьми!
Можно было подумать, что Мария участвовала в чемпионате по керлингу. Такому специальному, где в качестве снаряда используют мобильные телефоны, а вместо льда — вот такие шикарные офисные столы. Телефон остановился точно у края. Маленький чёрный аппарат, нарочито прямоугольный — ни одной кривой линии, — без признаков фирмы-производителя.
— Я позвоню.
Следующее, что помнил Михаил Кривой, — он лежит у себя в кровати. Будто и не ездил никуда — даже из квартиры не выходил. И странного разговора не было. И карты для любителей покопаться в прошлом. Михаил уже готов был снова уснуть и забыться, если бы не твердый предмет, упиравшийся в бок. Маленький прямоугольный чёрный телефон. С единственным абонентом. Все происходило так, как и обещал падший, — теперь он, Михаил Кривой, — избранный.
