Тогда он ещё считал, что временное безумие пройдет и можно будет вернуться на прежние позиции.
Ничего не прошло. Общество раз и навсегда отказалось от реконструированных в лабораториях людей.
Шли годы, и Караге стало казаться, что он остался последним, как гигантский потомок динозавра, доживший до настоящих времен на дне ледяного глубокого озера и недоумевающий, куда делись все остальные.
Его грызла скука, и была даже попытка самоубийства, ничем не завершившаяся — встроенный аварийный модуль за шесть часов залатал повреждения, Карага восстал из мертвых и пошёл за пивом.
Зарядное устройство Караги издохло от сложной вирусной инфекции. Это значило, что впереди десятки лет муторной человеческой жизни. Иметь бессмертие в человеческом теле — занятная идея. Заслуживающая критики, но занятная. Иметь бессмертие в теле меха с пустой батареей — то же самое, что тысячи лет шататься по планете и водить за собой тысячи голодных, наглых и разозленных существ, требующих манны небесной.
Карага настроился на худшее, и именно в это время к нему заявился Эвил. Расположившись в его гостиной, он представился и тут же перешел к делу.
— Обстоятельства таковы, что нас осталось очень мало, — сказал он. — Увы. Думаю, вы понимаете пользу плодотворного сотрудничества.
— Мне нужна новая зарядка. Обеспечите?
— У нас есть такая возможность, — согласился Эвил и подал Караге узкую холодную ладонь. — Я очень рад, что вы готовы войти в нашу своеобразную коалицию.
Карага вошел в «коалицию» и получил новое зарядное устройство — хрупкую маленькую Югу.
Забрав пакет и ключи от машины, Юга помахала вслед Караге и поплелась к входу в подземную Сеть. Нужно было перебраться на ветку Столишни, найти там припаркованную «Пчелу» и отправиться к Эвилу.
Юга побрела прочь, прижимая пакет к груди и беспокоясь, хватит ли Караге заряда до следующего дня. Если он будет вести себя спокойно и ни во что не ввяжется — хватит, если вдруг что-то случится — не хватит…
Карага не попросил разряда, а предложить сама Юга побоялась, не желая портить и без того плохое настроение напарника.
О себе она не позаботилась. Не взяла сменной одежды и ничего из еды. Пришлось накинуть длинный бесформенный плащ-дождевик и им прикрыть спасательную форму.
Она шла и шептала бесконечную считалку:
— А за деревом дерево, а за деревом куст, а за кустом опять дерево, а за деревом дерево, а за деревом дерево, а за деревом куст. А за кустом опять дерево…
Перед встречей с Эвилом Юга всегда робела.
Бормоча про себя, она добралась до входа в подземку и обнаружила кругом людей — они медленно стекались вниз, черно-серой рекой уходя в быстрые сверкающие поезда.
Мало кто обращал внимание на крошечную девушку в темном плаще и с газетным свертком в руках. Югу редко замечали, и в этом были её беда и преимущество. Преимущество потому, что ей можно было поручать важные задания без опаски привлечь внимание, а беда потому, что её постоянно толкали, затирали и сдавливали, как маленькое животное, попавшееся на пути табуна лошадей.
Запрятавшись в дальнем углу переполненного вагона, Юга неожиданно успокоилась и с гордостью подумала о том, что несёт что-то действительно важное, что-то, о чем Карага предпочел умолчать, а значит, он действительно ей доверяет.
Во всех выгнутых окнах вагона подземного поезда ей мерещился Карага.
Карага пошёл другим путём. Миновав освещенные улицы с офисами детективных контор, в которых обычно обретались бессменная секретарша с запахом плохих духов, сигаретный дым и мастер слежки, страдающий с перепоя, он свернул на пустырь, утыканный арматурой от ушедшего в землю фундамента.
На всем вокруг лежали лиловые отблески гигантской Спирали, и земля под ногами тоже слегка светилась: кольца Спирали напитывались энергией глубоко под ней.
На другом конце пустыря виднелось серое приземистое здание полицейского участка. Возле него припаркованы были черно-синие «Колоссы», пахнущие пылью и синтетической нефтью.
Карага обошел «Колоссов» с уважением. Ему давно хотелось приобрести такую машину, но разъезжать на авто военно-государственного образца было бы самоубийственной затеей. Приходилось восхищаться издали.
Пройдя плохо освещенный коридор, Карага кивнул дежурному, поедающему бутерброд с колбасой, и натолкнулся на спешащего навстречу Джерри, а тот сразу расплылся в улыбке и показательно позвенел ключами.
— Пойдём, пойдём, Крэйт, — сказал он. — Много вкусного тебе припас…
Он поспешно побежал вниз по лестнице, ведущей в подвал, и там начал греметь решетками и задвижками.
Карага спустился следом, подождал, пока распахнутся ржавые двери, и вошел пригнувшись.
В подвале было сыро и пахло землёй. Погреб, а не подвал. Несколько ламп в жестяных плафонах, деревянный стол с бумагами, за которым дремал сержант с перебитым носом.
— Выйди, — сказал Джерри сержанту.
Тот моментально проснулся, подпрыгнул и исчез в боковой двери.
— Ну-с, — провозгласил Джерри, бросая ключи на стол и обводя рукой помещение, — выбирай. Созрели ягодки, пришёл садовник…
Карага заглянул за решетки.
— Ну и урожай, — сказал он скептически.
