— Рас… — начал он, собираясь отдать приказ рассредоточиться и залечь.
Но тут из-за дома за левой обочиной шоссе, наполовину скрытого деревьями, с криком выскочила женщина. Илья рефлекторно дернулся, повел автоматом в её сторону и тут же выругался, скрывая испуг.
— Родненькие! Наконец-то! Наконец-то! — голосила женщина, пытаясь бежать в их сторону.
Было ей лет сорок, выглядела она изголодавшейся и напуганной: каштановые волосы в беспорядке разметались по плечам, темный джемпер в грязи, словно его хозяйка лежала на земле. Слезы текли по исхудавшему лицу, и шагала москвичка, спотыкаясь, едва не падая.
— Похоже, нам рады, — сказала Лиза, но без особого воодушевления.
— Наконец-то мы дождались! — воскликнула женщина. — О боже, боже, ты услышал мои молитвы!
Дальше она сбилась на бессвязные всхлипы и рыдания, а подойдя ближе, бросилась Илье на шею. Тот дернулся, но увернуться не успел, только выпучил глаза и сделал страдальческое лицо.
— Ох, какая радость, какая радость… — сказала женщина, оторвавшись от бритоголового, и на камуфляжной куртке у того осталось мокрое пятно. — Господи, спасибо тебе, спасибо… Какое счастье!
— Вы так думаете? — спросил Андрей, внимательно разглядывая москвичку.
На монстра, пусть даже хорошо замаскированного, она не походила, но выглядела слишком уж возбужденной и слегка напоминала одну из дамочек-сектанток, которых встретили на восточной окраине Владимира.
— Мы двадцать дней прячемся в подвале! — женщина судорожно всхлипнула и тут же улыбнулась. — Ой, извините, я просто не выдержала… Ужасно выгляжу, наверное… Нас там много… Но мужиков никого… Мы не поняли, что тогда произошло… Все исчезли, чудовища эти! Как в кино… На улицу не выйти… Ели то, что в квартирах находили…
Эти слова сказали Андрею куда больше, чем длинная, продуманная речь.
— И вы решили, что мы — спасатели? — спросил он.
— Ну, разведка… вы же с оружием… — тут взгляд женщины упал на Рика, и она разочарованно заморгала. — Нет?
— Нет, мамаша, — заявил Илья. — Мы вообще из Нижнего Новгорода, добрели до вас, чтобы посмотреть, как в столице, ништяк или полный ахтунг, и ещё не вкурили, что тут за ботва вообще…
Москвичка растерянно приоткрыла рот.
— Катастрофа затронула большую часть России, — сказал Андрей. — Спасателям прийти неоткуда.
Лиза кинула на мужчин сердитый взгляд и поспешно вмешалась:
— Вас как зовут? И нечего стоять посреди дороги, пойдёмте, посмотрим, что там у вас, и подумаем, чем сможем помочь…
— Маргарита, — сообщила женщина. — Пойдёмте.
Они свернули в сторону дома, один из углов которого выглядел аккуратно срезанным, так что были видны внутренности квартир. Обогнув его, очутились в просторном зеленом дворе, где меж деревьями прятались небольшие двухэтажные здания «народной стройки».
Маргарита повела гостей к одному из подъездов, с трудом открыла тяжёлую дверь, ведущую в подвал.
— Тут грязновато у нас, — сказала она извиняющимся голосом, когда свет упал на пыльные, уводящие вниз ступени. — Пытаемся, чтобы было почище, но не очень выходит.
Шагавший последним Илья прикрыл дверь, и они очутились в полном мраке. Вспыхнул маленький фонарик в руке Маргариты, луч света забегал по серым, изъеденным временем стенам.
Подвал был такой же, как и в родной «хрущевке» Андрея — с низким потолком, разделенный на отсеки, с торчащими отовсюду ржавыми трубами разной толщины, с капающей с потолка водой, сырым, тяжелым воздухом, разве что немного более просторный и без узеньких окошек-бойниц.
Страшно представить, что кто-то прожил тут все время после катастрофы.
Два отсека остались за спиной, а в третьем их встретил дрожащий желтый свет укрепленных на ящике свечей. На гостей обратились взгляды, полные самых разных чувств — страха, надежды, радости и разочарования, даже равнодушия и тупого отчаяния.
Тут было полтора десятка женщин в возрасте от двадцати до пятидесяти, но все они казались старыми — из-за освещения, из-за того, что двадцать дней просидели в подземелье, не имея возможности следить за собой, нормально поесть и все время испытывая страх.
По углам жались дети, прятались за спины взрослых, на гостей смотрели испуганно.
— Здравствуйте, — сказал Андрей.
У одной из женщин заметил торчавшие из грязных волос рожки, у другой вместо глаза блестело нечто серебристое, прямоугольное. Пацан лет пяти мог «похвастаться» чёрной шерстью на лице, у одной из молодых барышень были длинные и острые, «эльфийские» уши.
В бывшей столице России катаклизм тоже имел свои особенности — восточнее Владимира таких вот «мутантов», сохранивших форму тела и человеческий разум, вообще не видели.
Илья смотрел с удивлением, Лиза хмурилась, Рик выглядел спокойным, точно в зрелище для него не имелось ничего странного.
— Здравствуйте, — отозвалась женщина постарше, с седыми волосами и морщинистым лицом. — Вы кто?
— Путешественники, — сообщил Андрей. — Из Нижнего Новгорода.
— И что… там? — с осторожностью спросила другая, очень худая, в наброшенной на плечи шали.
