— Мы… э-э… ну… пойдём, а? — промямлил Илья.
— Ну, уж нет, — старик нахмурился. — Мне пообщаться-то тоже охота, так что не выпущу!
Он поднял руку, и окно за их спинами захлопало рамами, точно птица — крыльями, ступеньки под ногами задвигались, да и вообще весь дом зашатался. А Андрей вспомнил, где видел этого… это существо — в том видении, где его глазам предстали картинки из будущего.
— Ладно! Ладно, — поспешно сказал он. — Мы согласны погостить до утра.
— То-то же, — старик опустил руку, и все успокоилось. — Пусть женщина ваша тоже заходит, будем знакомиться.
— Мы за ней сбегаем, ага? — с заискивающей улыбкой предложил Илья.
— Ты один, — старик понимающе улыбнулся. — Он останется, а то разбежитесь, словно тараканы…
Бритоголовый ушагал вниз по лестнице, а обитатель дома добавил:
— Пошли, чего стоять-то? Звать меня Василием Петровичем.
Андрей назвался, и хозяин повел его в ту квартиру, на двери которой красовалась латунная восьмерка.
Если сам дом выглядел только что отремонтированным, то здешнюю обстановку будто собирали по помойкам — ветхие стулья, промятый диван с коричневой обивкой, ковёр на стене, такой вытершийся, что невозможно разобрать рисунок, холодильник ЗИС, изготовленный во времена Хрущева.
Старик уселся на диван, и Андрея поразило, насколько картинка из видения совпала с реальностью — врывающиеся в окно лучи закатного солнца, в них кружатся пылинки, на полу, высвечивая выбоины в старом линолеуме, лежит яркое желтое пятно.
— Вы — первые, кого я увидел за эти дни, — сказал Василий Петрович. — Ну, после того, что случилось-то… Первые нормальные, имею в виду, а разные уроды к дому подкатывали, но я их внутрь не пускал.
— Как «не пускал»? — спросил Андрей.
Оружия видно не было, да и бойцом старик не выглядел…
— Да ты ж заметил, — Василий Петрович махнул рукой. — Я когда проснулся-то утром пятого, то сразу понял, что один в доме выжил, даже не понял, а почувствовал, ощутил все, от подвала до крыши. Поначалу испугался, потом интересно стало — могу двигать чем угодно тут, как своим пальцем, починить что-то или сломать по желанию, но зато выйти не в состоянии… Пробовал, не получается — не в силах нога за порог переступить, да и вижу снаружи все плохо.
С лестницы донеслись шаги, недовольный голос Лизы, и в комнату вошел пришибленный Илья.
— Там двери все закрылись сами, кроме этой, — сообщил он, и показалась Лиза, ведущая за руку Рика.
— Располагайтесь, располагайтесь, — старик заулыбался, но лучше бы он этого не делал: беззубые челюсти смотрелись не особенно дружелюбно, а язык у хозяина дома и вовсе был синим. — Что ещё странно-то, есть мне совсем не надо, хотя я и раньше-то не особенно много потреблял. Но тут вообще забросил, да и не пью, а то давно бы коньки отбросил…
Девушка смотрела на Василия Петровича с отвращением и ужасом, но он этого не замечал, продолжал рассказывать, оживленно жестикулируя. Видно было, что единственный выживший обитатель дома, ставший кем-то вроде домового, соскучился по людям.
— А, да… — спохватился он минут через десять. — Вы-то, наверное, есть хотите?
— Может, вы нам отдельную квартиру выделите? — поинтересовалась Лиза и поджала губы.
— Это конечно, — Василий Петрович кивнул, засмеялся, от чего его борода затряслась, как веник, из которого вытряхивают сор. — Совсем забыл, что значит быть человеком… Занимайте третью, это на первом этаже.
Девушка развернулась и поспешно вышла из комнаты, Илья последовал за ней.
— Мы сейчас устроимся, а потом я к вам вернусь, поговорим, — сказал Андрей. — Интересно, а вы ничего странного в пришедшем с нами пацане не видите?
Фасетчатые глаза позволяли их хозяину смотреть на мир не так, как остальным людям.
— В пацане? — удивился Василий Петрович. — Занятно ты его назвал, ему уже за двадцать. Ведет себя, правда, как двенадцатилетний, но они все такие, нынешние-то, — и он издал дробный старческий смешок.
Выходило странное — обитатель уцелевшего дома Рика попросту не видел.
Так кто же такой этот паренек, которого они подобрали, спасли от чудовищ на восточной окраине Москвы? И точно ли они его спасли или то «нападение» было инсценировкой, предназначенной для того, чтобы Андрей и его спутники взяли немого «ребенка» с собой?
От вопросов ныла голова, ответы найти было негде. Он развернулся и зашагал следом за спутниками — мимо кресла, на первый этаж, в квартиру номер три.
Здесь обстановка была куда более современной, чем в обиталище Василия Петровича, но какой-то обрывочной — будто помещение использовали не в качестве жилья, а для хранения отдельных предметов интерьера. На кухне стоял огромный современный холодильник, в большой комнате — стеллаж с книгами, а на стене висела «плазма» чуть поменьше бильярдного стола.
Смотреть её предполагалось, видимо, сидя на полу.
— В холодильнике пусто, — доложила Лиза, едва Андрей переступил порог, — но зато и не протухло ничего, не воняет…
— Да и мы ещё не все сожрали, — сказал Илья, брякнув рюкзаком об пол. — Но какой дедуган жуткий, он тут всем, типа, управляет, и если нас грохнуть захочет, то для нас без шансов, чики-пуки — и капец.
