Развалины обнажились в своем безумном уродстве, и выяснилось, что «гориллы» далеко не ушли, засели на ближайшем «терриконе». Но хватило пары выстрелов в их сторону, чтобы твари вновь обратились в бегство так, что только пятки засверкали.
Бульвар остался там же, где был и ранее, вот только добраться до него оказалось непросто. Помешали колючие заросли, пробиться сквозь которые не помогали никакие ножи, и многочисленные ямы с парящей белесой жидкостью, привлекавшие множество «ползунов».
Эти удирать не спешили, злобно шипели на приближавшихся людей.
— Вот прямо коты, только без шерсти, — сказал Илья, когда многоногое существо размером со стол выгнуло спину.
— Иди, за ушком почеши, — посоветовала Лиза.
— Ну, не, спасибо, подруга, ещё оцарапает, — и бритоголовый спешно отодвинулся.
Перебрались через последнюю груду развалин, и перед ними открылся бульвар, причем точно такой, каким он был до катастрофы — аккуратные оградки, лавочки, зелёная трава и деревья. Дома на другой стороне, смутно различимые сквозь кроны, казались в основном целыми.
— Дальше будет легче, — сказал Андрей. — Осталось только понять, где мы очутились.
Судя по карте, они находились рядом с метро «Китай-город», и до Кремля оставалось меньше километра по прямой.
Кроны деревьев закачались, зашелестели листья, а недра земли разродились дрожью. Вместе за ней с запада прикатился гул, прошел под тем местом, где они стояли, и убрался на восток.
В развалинах, недалеко от поля боя с «гориллами», зашевелились обломки рухнувшего дома. Несколько тяжеленных плит отлетели в стороны, и из отверстия в земле поднялось нечто змееподобное, толстое, длиной в добрый десяток метров, вытянулось струной и ушло обратно.
— Это ещё чего за ботва? — спросил Илья.
— Надо было подойти и спросить, — сказал Андрей. — А вообще под землёй в Москве не все ладно.
Двинулись дальше, перебрались через забор, под ногами оказалась обыкновенная трава. С крыши здания, к которому направлялись, сорвалась «белка-летяга», но устремилась не в их сторону, а куда-то на юг, и скрылась из виду.
С другой стороны бульвара дома и вправду были целые, без малейших следов катастрофы — ни выбитых окон, ни трещин в стенах или исчезнувших кусков, никаких странных трансформаций. Что тут находилось раньше, Андрей не знал, но вряд ли квартиры, скорее всего, какие-нибудь госконторы, и не из последних.
Не уходя с проезжей части, свернули налево и тут, на перекрестке, впервые увидели не просто разбитую, а ещё и взорвавшуюся машину — оплавленные, чёрные куски обшивки раскидало в стороны, покрытый копотью движок лежал в неглубокой воронке, асфальт усеивало битое стекло.
— Муть какая-то, чего-то она чпокнулась? — удивился Илья. — Или это её гранатой?
— Но тогда не ручной, — сказал Андрей. — Из «РПГ».
Подумал, что тут, в центре столицы, могут водиться монстры, обладающие способностью плеваться огнём или каким-то образом порождать взрывы, но делиться этой догадкой не стал. Пока непосредственно с такой тварью не столкнулись, нет смысла пугать спутников.
Оставили слева вход в метро и вышли на улицу, называвшуюся так же, как центральное место для променада в Нижнем — Варварка. При виде синей таблички с такой надписью вспомнился родной город, то, как уходили оттуда на второй день после катастрофы, не зная, что произошло…
Хотя и сейчас, честно говоря, знали немногим больше.
Слева потянулись церкви, справа открылось здание с надписью «Гостиный Двор», и тут пришлось задержаться, поскольку асфальт раскололи сразу две трещины, легшие крест-накрест.
Затем дома разбежались в стороны, открылась Красная площадь и вид на Кремль, чьи стены и башни в лучах высоко стоявшего солнца были празднично-красными. Из-за огромного рекламного плаката выплыл собор Василия Блаженного, весь разноцветный, нарядный, без следов разрушений.
— Все как раньше… — прошептала Лиза. — Может быть, тут ничего не было?
То, что девушка ошиблась, стало понятно через дюжину шагов, когда увидели, что Большой Москворецкий мост сплошь порос черными кустами, а Тимофеевская башня лишилась значительной части крыши. Вдобавок над зубцами стены там и сям торчали верхушки пирамид, которых до катастрофы здесь точно не было, и одна выделялась среди прочих размерами.
На её острой верхушке красовался чёрный «волосатый» шар.
Прошли мимо собора, возведенного в честь покорения Казани, открылась центральная часть Красной площади, раньше всегда забитая туристами, а сейчас пустынная, словно пляж зимней ночью.
Спасская башня покосилась, а часы на ней стали напоминать громадный стеклянный глаз с вертикальным зрачком — стрелки навеки застыли, показывая шесть ноль-ноль.
— Надо бы зайти, — несмело сказал Илья.
— Надо, — согласился Андрей. — Зря, что ли, шли сюда?
На самом деле идти в Кремль ему не особенно хотелось — мешало четкое ощущение, что там может быть даже опаснее, чем в забитых монстрами руинах, по которым шагали вчера и сегодня. Бывшая резиденция государственной власти казалась угрожающе-опасной, хотя ничего жуткого в её облике не имелось и никто не спешил в их сторону с намерением сожрать.
