— Её знали все, ведь именно она придумала «Лазурное небо», — пояснил настоятель. — Сколько её помнил, всё своё время посвящала работе. К чему вопрос?
Артём не знал, говорить настоятелю правду или нет. Но тот ему казался добродушным вменяемым старичком, и на фоне мятежников он вообще был ангел.
— Она моя мама, — пояснил юноша. — Она бросила меня в приюте ещё совсем маленького, и я хочу её найти. Она жива? — сказав, Артём поставил награду на место ровно так же, как она стояла изначально.
Настоятель сел и задумался. Он молчал довольно долго, периодически поглядывая на фото.
— Елена пропала сразу после революции. Из нашей команды пропали многие, почти никого не осталось. Я искал и её, и Соколова. Как видишь, не нашёл. Удивительные у меня сегодня гости, — прошептал он.
— Может, вы сможете вспомнить ещё что-нибудь о ней? — чуть ли не умоляюще спросил Артём.
Юноша посмотрел на коридор, но Яны ещё не было видно.
— Она была очень одержима Лазурным небом и не хотела закрывать проект. Леночка была душой команды много лет, пока не пошли внутренние разногласия. Благодаря Соколову проект и удалось свернуть, она была в ярости, — пояснил мужчина.
— Вы и Цереру делали? — спросил Юноша.
— Нет, не совсем, — улыбнулся настоятель. — У нас была одна научная кафедра, но два проекта, финансируемые правительством. Каждый занимался своим проектом, личная ответственность. Проекты пересекались, мы помогали друг другу в сложностях, но команды были разные. Я видел начальную версию Цереры, её код был уникален, произведение искусства, но я ничего в нём не понимал, ведь я не программист. Я помогал Жене Соколову собрать нейроинтерфейс, я больше электрик, — улыбнулся он. — Знаешь, её код не был обычным набором странных букв, а был некой картиной… Я надеялся, что после закрытия Лазурного неба меня переведут в Инфолинк, но случилась революция. Всё изменилось. Изменились и люди, — задумался мужчина. — Надо же…
— Что случилось? — спросил Арём, глядя на изумлённые глаза настоятеля.
Тот повернул к нему монитор, что был у него на столе. На мониторе появился логотип Инфолинка.
— У неё получилось, — улыбнулся настоятель. — Система восстанавливается! И да, прости, сочувствую тебе, ты остался без матери и отца. Я никогда ранее тебя не видел, но был рад за Лену и Женю, видел их счастье, когда они ожидали твоё рождение. Все их разногласия быстро стали уходить.
— Вы знали моего отца? Стоп, но его не Женя звали… и он из Питера, — озадачился юноша.
— С приходом Цереры всё перевернулось, я думал ты знаешь, что Соколов — твой отец. Хотя, понятно, почему Лена тебе этого не сказала. Бедный мальчик, совсем запутался, — вздохнул настоятель. — Твой отец Евгений Соколов, это правда. В последние годы Лена много времени уделяла проекту Инфолинк, много времени проводила с твоим отцом. Они были счастливой парой, но не думал, что ты не знал о своём родстве… Я думал, ты пропал так же, как и Лена, а может и погиб… Никому не говори о том, что Женя твой отец, иначе и на тебя пойдёт охота мятежников, полиции, да все на свете ополчатся. Пропадёшь так же, как и многие из наших. Ты хороший малый, обещаю, что сохраню этот секрет.
Артём был в шоке от услышанного. Он не знал, верить или нет человеку, которого видел первый раз в жизни. Большие пробелы прошлого не давали ему покоя, но тут появились проблески истины, но удовлетворения от этого юноша не получал. Более того, у него возникало ещё больше вопросов. Если Евгений был его отцом, то почему в личном досье было указано, что отец был умерший алкаш, да ещё из другого города? Неужели его мама и правда сфабриковала данные об его отце? Если он был ожидаемым ребёнком, то почему Елена сдала его в детдом, а сама исчезла? Почему его не забрал Соколов? Он едва успел родиться, а уже был окутан тайнами, а не покрывалом родительской любви и заботы.
— Ну, всё работает, — довольно произнесла Яна, выходя из коридора. — В городе достаточно вспомогательных станций для возврата контроля, а как только к сети подключатся дроны с камерами, Церера наведёт в городе порядок, — улыбалась она.
Яна выглядела довольной, даже стала пободрее. Видимо, хорошие новости благотворно на неё влияли. Артём отчасти понимал её, ведь когда вокруг был привычный порядок, то и ему было спокойнее.
— Нужно вернуться до того, как нас хватятся, — добавила Яна. — Всё хорошо? — спросила девушка, посмотрев на Артёма, задумчиво стоящего на месте.
— Да… да, всё нормально, — неуверенно подтвердил юноша, начиная движение к выходу.
— Юная леди, присмотрите за ним, — сказал настоятель, убирая фотографии в ящик.
