— Да, да, господин Нобуро, — выпрямившись, но всё ещё оставаясь на коленях энергично закивал гость и принялся перечислять: — Кафтан, штаны мужские, обмотки, шляпу. Всё, что нужно, чтобы переодеться мужчиной. Вы же знаете, что в таком виде она бегала на свидание с Хваро?
Хозяин комнаты мрачно кивнул.
— Ещё… — рассказчик на несколько секунд замешкался, то ли вспоминая, то ли подбирая слова. — Там была непонятная варварская одежда из толстых ниток. Что-то вроде кофты. Только сплошная, как рукав. Штаны тоже очень странные. Из добротной синей ткани. По краям петельки, наверное, для пояса и какие-то украшения из малюсеньких медных штучек на… уж извините, господин, Набуро, на паху.
— Украшения? — слегка растерялся собеседник. — Из меди?
— Да, господин Нобуро, — подтвердил писец. Он видел, что тот больше не сердится, и робко улыбнулся, разведя руками. — Что взять с варваров? Только дикари украшают одежду на столь неприличном месте.
— Больше ничего? — посуровел молодой человек.
— Между матрасами ещё верёвка лежала, — ответил гость. — Наверное, чтобы через ограду лазить?
Он многозначительно поджал губы.
«Шарить в чужой постели недостойно мужчины», — подумал младший брат губернатора, с трудом удерживаясь от брезгливой усмешки, но тем не менее поинтересовался:
— Ещё что-нибудь там было?
— Пузырёчек какой-то из лёгкого стекла, — чуть прикрыв глаза, вновь взялся перечислять Джуо Андо. — Открыть его я так и не смог. Не иначе, какой-то секрет. Плоская шкатулка, вроде тех, в которых важные письма возят. Только очень маленькая. Я и её пробовал открыть, но и там какой-то хитрый замок. А забирать не стал. Вы же не приказывали. Ещё есть какие-то безделушки и маленькое зеркальце из стекла.
— Из стекла? — на всякий случай переспросил хозяин комнаты.
— Да, господин, — подтвердил собеседник. — Именно из стекла. Круглое, в половину цуня величиной. Отделанное то ли черепаховым панцирем, то ли буйволиным рогом. Никогда о таких не слышал. Наверное, дорогое. Вот девчонка его и прячет.
Младший писец хитро прищурился.
— Наверное, украла у кого-нибудь? Или Хваро подарил и просил никому не показывать. Он же в столице жил, а там полно всяких диковинок.
— А вот это интересно, — задумчиво пробормотал молодой человек.
— Я же говорю, господин Нобуро! — горячо зашептал гость. — Девчонка — не та, за кого её Сабуро выдаёт! Он — лгун и государственный преступник!
— Я с этим разберусь, господин Андо, — заверил младший брат губернатора. — Встаньте, вы хорошо потрудились. Когда я буду докладывать его превосходительству, то обязательно расскажу о ваших заслугах.
— Я не достоин таких почестей, господин Нобуро! — собеседник вновь ткнулся лбом в пол.
— Встаньте! — чуть повысил голос хозяин комнаты.
Младший писец поднялся.
— Ступайте, господин Андо, — кивнул молодой человек. — А то скоро комендантский час.
— Так он уже начался, господин Нобуро, — улыбнулся гость. — Но вы не беспокойтесь. Я знаю как добраться до дома не замеченным.
— Я рад за вас, — младший брат губернатора поднялся, всем видом показывая, что разговор окончен.
Едва за младшим писцом закрылась дверь, молодой человек забрался в постель и приказал задуть светильник.
Засыпая, Рокеро Нобуро подумал, что приёмная дочь начальника уезда наверняка не та, за кого её выдают. Но кто она такая, и есть ли в действительности связь между ней и бароном Хваро?
Не то чтобы Бано Сабуро не доверял своим подчинённым, но всё же некоторые вещи предпочитал контролировать лично. Поэтому перед тем как оправиться в дом барона Хваро, он зашёл в канцелярию, дабы убедиться, что все чиновники на местах, а гонец, помимо приготовленных документов, захватил ещё и личное послание господина Рокеро Нобуро своему могущественному брату.
Когда всадник с выглядывавшим из-за плеча флажком вывел коня за ворота, стоявший рядом с начальником старший писец вкрадчиво сказал:
— Благородный господин Сабуро, не будет ли с моей стороны непозволительной дерзостью просить вас уделить мне немного вашего драгоценного времени?
Весьма озадаченный столь цветистыми оборотами чиновник вскинул брови.
— Что-то случилось, господин Окэдо?
— В том-то и дело, что я пока не знаю, господин Сабуро, — ещё сильнее озадачил его собеседник.
— Ну так говорите, — разрешил начальник уезда.
— Мне бы хотелось сделать это с глазу на глаз, — попросил старший писец, многозначительно глянув на застывших у лестницы стражников.
Те довольно неубедительно делали вид, что разговор на сквозной веранде управы их совершенно не интересует.
Крякнув, господин Сабуро жестом пригласил господина Окэдо следовать за собой и направился в кабинет.
Усевшись в кабинете, он вопросительно посмотрел на оставшегося стоять подчинённого. Церемонно поклонившись, тот заговорил:
— Господин Сабуро, мой долг обратить ваше внимание на неподобающее поведение господина Джуо Андо. Переписывая отчёт для Палаты дорог и мостов, он умудрился перепутать цифры, во вводной части письма его превосходительству сделал сразу три ошибки. И всё это из-за чрезмерного употребления вина.
Начальник уезда мрачно засопел, положив сцепленные руки на стол.
