По мере того, как до него доходил смысл их беседы, губы дворянина кривила полупрезрительная усмешка, а в душе поднималась чёрная волна негодования.
Ну кто в здравом уме станет убивать невесту с таким приданым? Живая дочь рыцаря Канако принесла бы барону больше пользы. Неужели мальчишка не понимает такую простую вещь?
Младший писец насмешливо фыркнул: «Тогда младший брат губернатора — просто глупец!»
«Только что же это получается? — растерянно подумал Джуо Андо. — Вместо того, чтобы помочь разоблачить и наказать Сабуро, он вступил с ним в сговор против Хваро? А как же мы с мамой?»
«Вот же мерзавец! — зло ощерился чиновник. — Да он с самого начала не собирался нам помогать!»
Зло зашипев сквозь стиснутые зубы, Джуо Андо нахлобучил старую шляпу и направился к лестнице. Поднявшись на веранду, он увидел, как с противоположной стороны с неё торопливо спускается Рокеро Нобуро.
Отворив дверь в комнату, младший писец постарался как можно незаметнее проскользнуть на своё место. Усевшись за стол, он положил перед собой лист бумаги, любовно расправил его и замер от молнией вспыхнувшей мысли.
«Что, если обо всём рассказать барону?»
«То есть, не всё, — тут же поправил он себя. — А только о том, что Сабуро и Нобуро считают его замешанным в убийствах.»
Такие подозрения могут сильно попортить любую репутацию. Хваро молод, но богат и влиятелен. Он сделает всё, чтобы защитить свою честь. Тогда эти двое сильно опозорятся перед всем уездом, а в глазах губернатора предстанут некомпетентными служащими, несоответствующими своим должностям!
Младший писец даже зажмурился в предчувствии столь радостного момента. Конечно, это совсем не то наказание, которое заслуживает Сабуро за свои мерзости. Но пусть будет хотя бы так, чем он по-прежнему останется у начальства на хорошем счету.
«Вот только Хваро, кажется, приглянулась его приёмная дочь? — озабоченно подумал Джуо Андо и усмехнулся. — Но, может, барон уже потерял к ней интерес? И она всё-таки обычная девка, а тут речь идёт о чести рода. Хваро такие мелочи не остановят».
Ужасно довольный столь блестящей идеей, младший писец взял с подставки кисть и, прежде чем начать писать, окинул взглядом комнату.
Побросав все дела и даже позабыв об обеде, его коллеги, сгрудившись возле стола господина Окэдо, бурно обсуждали то, о чём сегодня, наверное, говорят в каждом доме уезда: о преступлениях и подозрениях.
Когда всадники удалились метров на двести, Ия с трудом подавила рвущийся из груди вздох разочарования. Хваро так и не оглянулся, чтобы посмотреть на неё.
«Стихи писал, — подавленно усмехнулась она. — В любви признавался. А тут даже ни разу не взглянул. Какие всё-таки мужики бесчувственные. Я же тут чуть не погибла. Или невеста ему так дорога, что сейчас он просто не может думать ни о чём другом?»
Последняя мысль неприятно царапнула душу. Но, едва подняв голову, Платина поймала такой недовольный взгляд супруги начальника уезда, что тут же обо всём позабыла и пролепетала скромно потупив глазки:
— Простите мою дерзость, старшая госпожа. Но я должна была предупредить господина.
— Довольно! — резко оборвала её женщина, многообещающе предупредив: — Дома поговорим.
— Да, старшая госпожа, — покаянно вздохнула собеседница.
С иронией наблюдавший за их разговором господин Сетошо обратился к десятнику:
— Господин Кимуро, как далеко ещё господин Томуро с городской стражей?
— Через час или полтора они будут здесь, — прикинув, ответил тот.
— Тогда не стоит их ждать, — заявил дворянин, вновь взгромоздившись на тележку. — Поехали.
Ия хотела возразить, напомнив, что люди устали, но под тяжёлым взглядом супруги приёмного папаши прикусила язык.
Слуги обречённо переглянулись, но без возражений взялись за оглобли, упёрлись в зад повозки, и после некоторых усилий та вновь покатила по дороге.
Платина пошла пешком, стараясь не обращать внимания на сжатые в куриную гузку губы госпожи Азумо Сабуро. К чести телохранителя её супруга, тот тоже не стал садиться на тележку, а шагал рядом, расспрашивая господина Сетошо о нападении разбойников.
С городскими стражниками они встретились уже на главной дороге. Выслушав господина Кимуро, сотник без колебаний выделил десяток подчинённых, чтобы те помогли добраться до дома семье начальника уезда. Измученные слуги наконец-то смогли немного перевести дух. Возчики и носильщики с недоумением таращились на влекомую людьми телегу.
Самые смелые пытались расспрашивать их о том, что случилось? Те поначалу охотно рассказывали о нападении разбойников на свадебный караван дочери рыцаря Канако. Однако господин Кимуро скоро пресёк болтовню, приказав слугам и стражникам помалкивать.
