Пройдя сквозь волшебное озеро, они очутились совершенно в другом городе – на востоке Монсальваж. Реймс, прозванный «городом королей и рыцарей», показался Адель наполненным некой внутренней гармонией и порядка. И если поначалу Адель планировала скрыть их визит от горожан и тайком перейти к другому озеру, чтобы продолжить свой путь, сделать этого не удалось. Принц Генри оказался куда более заметной фигурой, чем она. А стоило и ей сбросить капюшон, то все увидели сверкающую корону.
Когда стало известно о прибытии королевы, их приняли со всеми почестями. Адель решила воспользоваться ситуацией и с шествием проследовала по улицам Реймса в компании своего жениха, который изображал бескрайнее счастье.
Конечно же у них спросили, где их охрана и свита и как они добрались, на что королева с важным видом ответила, что они хранимы Святым Граалем, которому ведомы все пути. Адель улыбалась и приветствовала жителей Реймса, и даже приказала принцу обнажить меч, который они прихватили с собой. Исцеляющий Экскалибур. Если уж и творить чудеса, то пусть все королевство знает и благословляет свою правительницу.
Точно так же явились они и в южную Лиловую провинцию, куда, если верить леди Сании, отправилась ее семья. Когда слухи о королевских визитах разнесутся по всему Монсальваж, то это станет настоящим чудом. Народ утвердится в том, что их королева вернулась и теперь защитит их от всех невзгод. Нет, Фрост не будет прятать ее во дворце, если в том был его план. Он просто не сможет.
И вот Адель постучала в дверь скромного дома, где обитали ее родители. Дверь открыла Мира, а когда увидела Адель, то завизжала от радости.
– Мама! Мама! Это же… – Мира заметила Анри и закрыла себе рот ладонью.
Адель встретилась с тяжелым взглядом матери. Леди Белерон сидела возле камина: перебирала одной рукой вязальные нити, а вторая рука совсем не шевелилась.
Адель бросилась вперед, упала на колени перед матерью и крепко обняла их, кладя голову ей на ноги.
– Прости меня, если сможешь.
Комната наполнилась вязкой тишиной.
– Но я не могла поступить иначе.
– Все мы поступаем так, как должно, – ответила мама и перевела взгляд на Анри. – Доброго дня, Ваше Высочество.
Анри чуть смущенно поклонился.
– Мне не описать словами всего того, что случилось за это время, но это и не нужно, – сказала Адель. – Сейчас уже ничего не изменить. Почти ничего.
Она повернулась к Анри и попросила передать ей меч, прикладывая лезвие к маминой руке.
– Все будет хорошо, ты исцелишься, – пообещала Адель матери.
– Королева… ты такая красивая, моя дорогая, – на глазах мамы вдруг выступили слезы. А может, это уже подействовал Экскалибур, исцеляя душевную рану?
– Вас… вас не обижали? – решилась спросить Адель. Мама тряхнула головой, и Адель перевела взгляд на сестру, которая казалась вполне себе счастливой.
В эту минуту на пороге появился и отец, ведя за руку маленького Грега.
– Адель? – не веря своим глазам, проговорил папа, потом окинул всех взглядом, пытаясь осознать, что к чему. От Адель не ускользнула его осторожность, он будто обдумывал каждый шаг и каждое слово.
– Я подожду вас на улице, Ваше Величество, – подал голос Анри и галантно вышел за дверь, плотно ее прикрыв. Она и впрямь нуждалась в уединении со своей семьей.
Но когда Адель вновь повернулась к матери, то в груди неприятно защекотало. Привычного уже чуда исцеления не происходило. Мамина рука все так же безвольно лежала вдоль тела.
– Не понимаю… – Адель отвела меч в сторону и недоуменно повертела его в руках. Экскалибур сейчас совершенно не светился, напоминая обычное оружие, а не исцеляющую реликвию.
– Адель, – позвала мама. – Послушай, дочка. Я не знаю, сколько мне отмерено, но я дала жизнь замечательным детям, и это самое главное. Чудеса не происходят сами собой.
– Но как же! Происходят! Я сама видела, как этот меч исцелил совсем недавно ребенка.
– Значит, так должно было быть. А пока ты здесь и неизвестно, когда мы еще увидимся, я должна тебе кое-что рассказать.
Адель поднялась на ноги и выпрямилась.
– Мира, отведи Грега в спальную комнату, – попросила мама. Когда сестра удалилась, ведя за руку их младшего брата, мама устало посмотрела на Адель. Отец мрачной тенью застыл в углу.
– Что ты хочешь мне рассказать? – с колотящимся от страшного предчувствия сердцем спросила Адель. – Уверена, это имеет отношение к леди Сании!
– Не торопись, Адель, – проговорил отец. – Дай маме договорить.
– Адель, – подала голос мама. – На самом деле тебе не девятнадцать лет, как ты думала. А восемнадцать. – Мама замолчала, давая ей впитать эти слова. Осознать их.
– Что? В каком смысле?
– Ты была рождена в ту страшную ночь, когда умерла королева Агния.
Адель застыла на месте, не в силах пошевелиться. Это в корне меняло все. Все!
– Почему вы это скрыли? – ровным голосом спросила Адель.
– Потому что я испугалась, Адель. Мы с папой очень испугались. Ты была первой, кто родился после смерти Ее Величества. Мне ли не знать, ведь я была во дворце, где занималась шитьем для королевского гардероба. Ты родилась раньше срока, но я успела это скрыть. Мы с папой перебрались за стену.
