Я развалился в кресле, поставив предварительно на журнальный столик бутылку коньяка и рюмку. Прихлебывая коньяк, я прошелся по программам. Такого обилия политических передач не было даже при КПСС. За редким исключением, все передачи были посвящены разоблачению диктатуры. Интеллектуалы состязались в мрачных прогнозах, однако, находились и такие, которые осторожно предсказывали экономический подъем, если новый режим будет использовать неограниченную власть для проведения реформ, которые блокировались при демократах.
„Московский комсомолец“, 3 февраля 1997 г.
Зазвонил телефон.
— Алло.
— Добрый вечер. Можно Николая?
— Здесь таких нет.
— Это 291–48-50?
— Да. Но Николая здесь нет.
— Извините.
Командование ГОН получило подтверждение, что объекты на Лиговке ликвидированы их агентом.
„Таким образом, за минувшие сутки агентами ГОН было ликвидировано в крупных городах семьдесят восемь человек. Командование групп особого назначения напоминает, что агенты ГОН в ситуациях, представляющих угрозу жизням людей, применяют оружие без предупреждения, и призывает граждан не создавать в общественных местах ситуации, которые могут повлечь за собой действия гоновцев. А сейчас у нас в студии агент ГОН, который согласился ответить на вопросы телезрителей…“
Камера переместилась, и на экране за столом кроме диктора я увидел человека в черной маске. Они сидели на сцене, в глубине которой стояли телефонные будки с номерами, по которым можно было позвонить. В будках сидели операторы.
Звонок телезрителя. Мужской голос задал вопрос:
— Здравствуйте. Что заставило вас вступить в ГОН?
Гоновец заговорил хриплым отрывистым голосом:
— В ГОН меня заставила вступить обстановка в стране. Человеческая жизнь настолько обесценена тем, что называли демократией, что необходимы люди, которые бы взяли на себя тяжелую обязанность прекратить дальнейшее обесценивание.
— Но ведь вы убиваете людей. И этим вы собираетесь повышать ценность человеческой жизни?
— Я не убиваю людей. Я ликвидирую нелюдей. Только нелюдей, угрожающих людям. Скажем так: мы повышаем ценность жизни людей за счет понижения ценности жизни нелюдей.
Следующий звонок.
— Здравствуйте. Я хотела бы спросить, вы считаете, что действия ГОН сократят преступность?
— Нет. Я так не считаю.
— Тогда какой смысл в этих убийствах?
— Уборка снега никогда не приведет к сокращению выпадения осадков, но это не значит, что не надо чистить улицы. А проще говоря, те, кто полагают, что ГОН созданы для снижения преступности, глубоко заблуждаются. Снижением преступности занимаются другие организации. Мы же просто спасаем жизни людей. Пока в обществе живут нелюди, все люди, и те, кто сейчас смотрит эту программу в том числе, подвергаются опасности.
Звонок. Прерывающийся от волнения женский голос.
— А вы понимаете, что вы такой же убийца, как и те, кого вы убиваете?
Гоновец засмеялся:
— Нет, не такой. Совсем другой. Разницу между гоновцами и нелюдями вы сейчас не способны увидеть. Вы сможете ее увидеть только после того, как нелюди убьют вашего ребенка, мать или отца.
Звонок.
— Ты, ублюдок. Мы до тебя и всех вас доберемся. На каждого по маслине найдется.
Гоновец опять засмеялся:
— Мы недостатка в патронах тоже не испытываем.
Звонок.
— Здравствуйте. Скажите, как вы относитесь к указу президента об отделении Чечни от России?
— Положительно. Чеченцы с оружием в руках доказали свое право на независимость. Чеченцы — это гордый и благородный народ. В истории какой войны вы можете встретить факты выдачи пленных, захваченных на поле боя с оружием в руках, их матерям? Этому народу с его понятиями о благородстве и чести трудно существовать в составе нынешней России.
— Простите, это Басаев-то благороден?
— Басаев не чеченец. Ни один настоящий чеченец не станет нападать на больницу с беззащитными женщинами и детьми. Он нападет на воинский гарнизон. Национальность Басаева — шакал. Если он нас слышит, то пусть знает, что я готов с ним стреляться или драться на ножах.
Звонок.
— Здравствуйте. Вам звонит отец убитого нелюдями мальчика. Спасибо вам. Я не верю, что вам удастся истребить всю нечисть, но спасибо.
Звонок.
— Здравствуйте. Скажите, разве гоновцы гарантированы от ошибок? Где гарантии того, что вы по ошибке не пристрелите не того?
