— Тихо вы! — гаркнул я на распаляющихся мужиков. — Как дети малые, ей богу! — и обойдя вокруг ели осмотрел колючую красавицу со всех сторон. — А ёлочка и вправду хорошааа!
Михан раз за разом опускал топор, подрубывая добротный ствол ели забравшись под нижний купол раскидистых веток, когда в морозной тишине раздался утробный «Хрок!»
Топор дровосека тут же затих.
— Алагат, ты в седло воздух портишь? — усмехаясь своей шутке подначил рукавой Хату.
— Хрок! — снова повторился, но уже более громко, звук с той стороны ёлки которая была сокрыта от наших глаз пушистыми ветвями.
Хата спрыгнул с лошади и потянул из-за пояса свои секирки, Варгон с тихим шелестом вынул меч. Оба стали с разных сторон, потихоньку крадясь, обходить ель. Я застыл у саней с луком наложив стрелу и чуть натянув тетиву.
Хата, продолжая настороженно двигаться вокруг ели, вдруг замер на секунду, а потом резко развернувшись стремительно дал дёру с в сторону ближайшего дерева.
«Ну если уж варвар бежит…»
Додумать я не успел.
Размётывая снег рылом, словно снегоуборщик ковшом, из-за ёлки выскочил здоровенный секач! Я таких только в сказочном кино видел: ростом в холке чуть меньше нашего коня, лохматый как чёрт, голова с будку для алабая и клыки с локоть.
— Да ну на%уй! — вырвалось у меня и в мгновение ока я оказался на санях.
Мои телодвижения не остались без внимания, и кабан взяв меня в прицел своими налитыми кровью глазами, рванул в мою сторону.
Не тратя время даром, я пустил стрелу, метя ему в глаза. Но само собой промазал и она воткнулась ему в шею, чему хрюка не обрадовался и даже не обратил внимания. Кабан на всём ходу врезался в сани. Меня выкинуло из них, словно с катапульты, настеленная солома разлетелась в стороны словно от взрыва. Сани опрокинулись набок, только это меня и спасло, так как кабан потерял меня из поля зрения. Перепуганный конык забился в упряжи, озаряя лес громким ржанием. Он хотел было дать стрекача, но тяжёлые дубовые сани лежащие на боку ему было тащить не легко.
С диким ором на кабана накинулись с боков Варгон и ретировавшийся было Хата. Я тем временем пытался успокоить коня, не дав ему оборвать упряжь и ускакать.
Хата размашисто метнул секиру и та впилась хряку в бок оставшись там торчать. Впрочем как и моя стрела, это его мало взволновало. Хрюка дико заверещал, развернулся к варвару рылом и кинулся на него. Тут уже тональность ора у варвара изменилась, и он, неуклюже загребая снег, рванул к дереву. Нойхэ, матерясь как сапожник, с мечом на перевес, бежал за боровом.
Опомнившись, я дрожащими руками (то ли от адреналина, то ли от страха!), натянул лук и выпустил снова стрелу. Промазать трудно, метров пятнадцать до цели, да ещё которая с УАЗик размером. Только вот мои стрелы, как оказалось, что слону дробина! Но я продолжал пускать стрелу за стрелой, пока хряк терзал небольшую берёзку, на которой, держась буквально за воздух в метрах трёх от земли, ошалело выпучив глаза и осыпая хряка проклятиями, засел варвар.
«Ствол долго явно не выдержит, от него только щепки летят. Если он свалил дерево, алагату конец!»
После очередного попадания в широкий, засранный зад, в котором и так торчало уже с пяток стрел, хряку надоело это иглоукалывание в филейную часть, и дерзко хрюкнув на развороте, чудище вновь уделило мне всё своё внимание.
— Упс! — только и успел пискнуть я, ломанувшись вдоль опрокинутых саней.
Раскидывая в стороны снег, свин понёсся за мной. Я уже буквально видел как его клычары рвут мой зад на части. Хряк, игнорируя всё и вся, пролетел мимо шарахнувшегося в сторону коня, и уже добежал до конца саней… когда появился Беспалый и богатырски хекнув, выверенным горизонтальным взмахом из-за угла опрокинутого транспорта, нанёс мощный удар, напрочь разрубая бок пробегающего мимо кабана. Сперва на снег хлынула кровь, а затем на ходу вывалился ливер из разрубленного вместе с ребрами бока. Кабан рухнул как подкошенный и по инерции прогрёб тушей широкую кровавую борозду в снегу, собрав мордой целый сугроб. До меня он недопёр пары метров.
Наступила давящая тишина. Михан так и не вылез из под дерева, Хата всё ещё сидел на берёзке оглядываясь, а я, тяжело дыша и стоя опёршись на колени, нервно посмеивался.
«Это было близко! Очень, твою мать, близко!!!»
И только Варгон, деловито вытерев снегом меч, лихо вогнал его в ножны, достал кинжал и принялся разделывать тушу.
— Эх, жаль, — буднично орудуя ножом посетовал он. — Шкуру загубил, сука!… Иди лови лошадь, мальчик! — крикнул он имея в виду Хату. — Или мясо придётся тащить тебе.
Из под ели на ватных ногах наконец таки показался бледный Мишка с перепуганным лицом:
— Ну бы его на%уй, с вашими ёлками! — проворчал он еле слышно, косясь на меня.
Я только руками развёл, мол: «Кто ж знал!?»
Пока Беспалый возился с хряком, а Мишка всё таки дорубывал ель, мы с Хатой перекинули сани, а потом он ещё с пол часа выслеживал по сугробам его, всё-таки сбежавшую, лошадь.
