— Всё чисто, мой анай, — взмыленный кровник утирал пот тряпицей. — Дальше тракт сворачивает к форпосту в ущелье. Далеко видно дорогу: слева лес справа поля да луга.
— Могут и в лесу ж ведь спрятаться?
— От леса до ложбины не близко, поспеем анай! — возразил Хата, нетерпеливо ёрзая в седле. — Если промедлим ещё с разведкой леса, то помогать там будет некому.
«Эх!… Была ни была, поехали!»
— Ладно, погнали. — махнул я рукой в сторону тракта.
Признаваясь себе, что очень страшно — я всё-таки решился на бой. Если убьют, домой можно не приходить, Нойхэ с меня шкуру плетьми снимет за такое безрассудство. Не говоря уж в этом случае про судьбу Халди. Старый вояка спросит с него как с понимающего за то, что тот не сберёг аная. Ведь Беспалый чётко дал понять — убить меня без зазрения совести может только он, и никто боле!
Выскочив на тракт позади сражающихся, разгоняя коней мы ринулись рахам в тыл.
В пылу битвы и шума драки, эти твари всё таки в последний миг спалили нас и момента неожиданности особо не вышло. Но и этого хватило чтобы посеять сумятицу в их рядах и нанести им сокрушительный удар.
Абсолютно не зная правил боя верхом, я просто, по селянски, на всём скаку рубанул по голове первого попавшегося мне на пути раха. Меч словно в колоду воткнулся, и неожиданно для себя я понял, что вылетаю из седла вцепившись намертво в рукоять меча.
Совершив кульбит непонятной гимнастической фигуры, моя тушка свалилась мешком на одного из опешивших рахов. Пока я пытался сориентироваться в сторонах света и подняться, уродец подо мной, рыча и обдавая смрадом из клыкастый пасти, дубасил меня куда попало. Перепадало мне и по голове и по морде. Меч так и остался торчать в башке первого убитого мной раха, а оружие другого, с которым я сейчас сцепился в рукопашной, вылетело из его рук едва я свалился на него. Тут что-то воткнулось мне в спину с лева, прямо под лопатку.
Такой боли я не испытывал никогда, насколько я мог вспомнить! Я заорал не своим голосом, кроя отборным, русским матом того кто сделал во мне дырку. На боку у копошащегося раха заметил рукоять кинжала, и не раздумывая выхватил его, с короткого размаху всаживая в шею бывшему хозяину. Липкая, вонючая, чёрная жижа под названием кровь раха, хлынула из страшной раны фонтаном, заливая мне руку, часть лица и грудь.
Пошатываясь, едва сдерживаясь что бы не блевонуть, я встал и ошалевшим взором осматриваясь, выставил перед собой кинжал. Но бой по сути уже закончился.
«Снова! Да как так то!?… Ох, ё!…»
Халди лежал без движения, мутный взор его был направлен в небо. Двое из обороняющихся обозников лежали поодаль. Ещё один воин шатаясь плёлся к ручью, оступился и упал навзничь прямо в воду. Несколько трупов лежали вразброс на дороге. Двое, оставшихся в живых защитников, поддерживая друг друга, устало доковыляли до ближайшего валуна и присели там, тяжело дыша.
Я сперва не понял, что происходит. Звуки битвы и рычание тварей есть, а эти двое спокойно сидят у камушка!
— Ну же, смелее уродцы! — Хата дразнил троих оставшихся рахов и посмеивался над ними. — Ваша мамаша что, переспала с лешим? А может с целым цирком уродов?!
Рыча, визжа и хропя словно вепри, они всей троицей ринулись на наёмника!
«Ты гляди-ка как разозлились на издёвки! Никак понимают!?»
Варвар жёстко отбил выпад первого тыкнувшего в него ятаганом, да так что звон прорезал слух, а оружие вылетело из рук очумевшего раха. Пока он на секунду был обескуражен, Хата одним чётким движением обошёл его слева, ударил сверху вниз и обрубил ему нос и большую часть выступающей вперёд морды. Визжа и забрызгивая всё вокруг своей кровью тот упал на колени и задёргался в конвульсиях суча ногами по грязи.
«Живучие твари!»
Двое его соратников, надо отдать им должное, видя такое не отступились, и ринулись с двух сторон на варвара. Один из них, с коротким копьём, тут же поймал лицом малую секиру, что метнул в него алагат. С противным хрустом та вонзилась наискось раху в голову. Оставшийся в одиночку последний рах тем не менее продолжил атаку и всё-таки задел наёмника по ноге. Хата мельком бросил взгляд на рану, тяжёлым пинком в грудь опрокинул раха на спину, небрежно выбил меч из его рук, и уже занёс топорик что бы просто зарубить его…
— Стой! — еле успел я остановить наёмника, оседая на землю, чувствуя как кровь течёт по левому боку и уже просачивается в штаны. — Взять… живым…
И тут мир потух.
Дальше было невероятное… Сознание вспышками возвращалось и снова уходило; какие-то голоса людей, ржание лошадей, скрип осей телеги и тряска при которой каждый раз я падал в обморок от боли. Так плохо и больно мне ещё не было никогда! Ни в той жизни, ни в этой. Помню кто-то, что-то, мне вливал в рот. Я пил и давится, натужно кашляя, и от этого снова была боль, и снова в аут.
И вдруг свет! Везде было светло, словно я оказался в белоснежном зале без теней и углов. Дышалось немного тяжело, но куда как легче чем мгновение назад.
«Ну и ладно. Тут по крайней мере мне не так хреново.»
— Знаешь, ругательства землян это нечто, особенно на русском! Но я попрошу не выражаться.
