– Что?! Что вы сделаете? Изолируете меня?! Единственного компетентного человека? Единственного, кто может справиться с этим уродом?!
– Коля! Это ваш капитан! Вы забываетесь! – воскликнула отступившая Комарова.
– Коля, с вами всё в порядке? – вмешалась молчавшая до этого Фёдорова.
Он сорвался. Заорал, продолжая сжимать кулаки до белизны костяшек:
– Со мной всё прекрасно! Вы! Меня от вас тошнит! Отдать врагу всё! Его корабль – это истребитель! Зачем кому-либо, кто освоил путешествия в космосе, создавать корабли подобной обтекаемой формы? С крыльями, дюзами? Да потому что это настоящий истребитель! Для войны! В атмосфере! У нас остались ИскИны поздних моделей, вы прогоняли через них хоть что-либо? Да самая старая модель определит этот корабль как боевой. Люди, вы совершенно беспомощны без Алисы, совершенно отупели!
Руководство хранило молчание. Капитан попытался сделать шаг назад, но его место уже заняла Комарова. Фёдорова медленно подходила. Но общий шок был слишком сильным, для каких-либо действий. Николай продолжал:
– А знаете, что ещё самое интересное? Вы хоть пытались предположить, что за обломки были вокруг? Что не позволяло сигналу с корабля этого урода отправиться к хозяевам? Буквально пять часов назад боты прислали результаты. Точно такой же состав, как и у его посудины. Один урод уничтожил другого, но и сам пострадал. Мы наткнулись на место сражения, причина которого ясна только уродцу, которого вы так облюбовали!
Его затрясло, но он продолжал, а люди испуганно слушали:
– Теперь касаемо моего эксперимента. Вы в самом деле, ребята, тупые. Гуманоид, человекоподобный, в космосе, вы серьёзно? Я включил этому козлу пятую симфонию Бетховена, знаете почему?
Слово вставила Фёдорова. Её голос дрожал:
– Золотая пластинка…
– Именно! Золотая пластинка "Вояджера"! Те, кто сотворили этого монстра, нашли её и использовали по назначению. Приветствия были на знакомых ему языках, и музыку он узнал, потому что она была на той пластинке! Его рука дрогнула, когда я включил её. Все записи есть, можете проверить, да только хер вы что поймёте!
Он начал ходить, махнул рукой. Комарова отступила ещё на два шага, споткнулась и чуть не упала, капитан, ближе всех, выставил перед собой руки и раскрыл рот. Фёдорова охнула, но осталась на месте. Коля махал руками, продолжал говорить:
– Всё это понятно и просто, даже противно, насколько происхождение и цели этого гада оказались прозаичны. Но его мозг… вот где особенность. Хозяин, изучивший пластинку, очевидно осознал, насколько человек как существо ограничен собственным мозгом и его детерминированностью. Сделал небольшой апгрейд. Материал не позволяет проникнуть излучению за стенки черепной коробки, но я убеждён, внутри находится человеческий мозг, такой же, как и у нас. На пластинку записали достаточно подробную анатомию человека. Мозг этот защищён от воздействия внешнего мира. Сигналы, поступающие извне, фильтруются, и уже внутри принимаются решения, свободные решения. Этот пришелец, в отличие от нас, свободен, его воля свободна! Нечто, получившее "Вояджер", смогло постигнуть проблему человечества и решить её… И последнее…
Коля остановился. Глаза налились кровью, лицо горело, он еле сдерживался, чтобы не ударить капитана. Бедолагу спасало лишь то, что ему необходимо было высказаться, рассказать им, донести… до этих безмозглых, тупоголовых…
Его сковало спазмом ярости, он стиснул зубы, воображение нарисовало картины расправы над руководством. Он душил их голыми руками, царапал, рвал глотки, вынимал из них жилы, гортань, кадыки…
Ублюдки… тупые… никчёмные…
Коля обхватил себя руками, боль и ярости смешались воедино. Руководство пыталось что-то сказать, но он уже не слышал. Гул, оглушительный, грохочущий, лупил по перепонкам без жалости и сожаления. Чья-та рука коснулась его плеча.
Нет! Нет! Нет!
Яркая вспышка затмила собой всё. Он отключился на мгновение, а когда пришёл в себя, увидел, что сидит на капитане и опускает мокрый от крови кулак на его лицо. Мужчина лежал мешком и не подавал признаков жизни.
Что? Что он наделал? Почему? Зачем? Нет! Нет! Нет!
Коля в испуге отполз от тела капитана. Остальные члены руководства отступили от него на возможное расстояние и прижались спинами к стене. Женщины дрожали, из глаз их текли слёзы. Они никогда не знали насилия за всю свою жизнь. Человечество оградило своих детей от драк, войны, крови. И теперь его руки…
Коля пытался понять, что с ним случилось. Почему сейчас с ним всё хорошо, почему он мыслит нормально и ярость его отпустила…
Имплантаты… Он вспомнил. Защита от чего-то подобного. Лёгкий разряд и перезагрузка. Пока он соображает, пока он это он, он должен до них донести, должен…
Коля заговорил дрожащим голосом: