Наёмники наконец-то отреагировали и дали понять рабу, что дальнейшее приближение опасно для жизни. Двое крепышей, добравшись до деда, вновь усадили того на стул. Весь извозившийся в песке, он дрожал как попавший в логово львов собачонок. Не тряслись лишь глаза, они были прикованы к Егорову, смотрели не моргая.
– Напугал ты его, Юрий Николаевич! – крикнул я, развеселившийся представлением. Из портала продолжали выходить новые рабы. Медленно, но верно на сортировке образовывался затор.
– Заткнулся! – неизвестно откуда вылез ещё один наёмник. Начальник этого мероприятия, надо полагать. Нагнувшись над дедом, он рявкнул: – Сайлус, что с тобой? Ты будто мертвеца увидел! Знаком с этим человеком?
– О да, мы знакомы! – ответил за деда Егоров. – Мы знакомы с Сайлусом очень хорошо. Его частичный паралич моих рук дело. Что, старина, удивлён увидеть меня таким? Время не пощадило тебя, совсем не пощадило.
– Заткнулся! – наёмник начал краснеть от злости. Повернувшись к деду, он сплюнул, а затем заорал на подчинённых: – Я сам буду сортировать. Взяли Сайлуса вместе со стулом и унесли с глаз моих!
Подхватив деда, крепыши утащили его по хорошо натоптанной тропе куда-то в джунгли, которые начинались совсем рядом, метрах в тридцати. Медленно повернувшись к Егорову, наёмник оценивал его не более секунды, а затем сказал:
– Первая категория…
Егоров, внешне совершенно спокойный, приблизившись ко мне сказал лишь одну фразу:
– У Сайлуса есть племянник, и именно он командует этой сворой наёмников…
Совсем недалеко от места сортировки рабов у наёмников имелась небольшая перевалочная база. Три дома, пара бараков, автопарк из пяти ржавых автобусов и почти десятка различного состояния внедорожников. И нас, рабов первой категории, в это место доставили раньше всех. И загрузили в самый нормальный по внешнему состоянию автобус.
Без охраны в виде пятерых наёмников не обошлось. Один из них стал водителем и направил машину в неизвестное место. Скорее всего туда, где для Основы строили новый командный центр.
– Если ты слаб, то сделай вид, что силён. А если силён, то притворись слабым. – Егоров выдал полный печали вздох. – Недооценили мы с Россом Основу, и вот итог… Тут бы не мелким отрядом штурм проводить, а настоящей армией. Но, как говорится, был бы у бабушки…
– Не продолжай, Юрий Николаевич, – тихо попросил я. Нам достались первые места, наёмники совсем близко и разговаривать они не разрешали. Но поговорить всё равно хочется, поэтому следует делать это как можно тише. Убедившись, что на нас никто не смотрит, я добавил: – А ещё помни, что у моего деда всегда всё идёт по плану. Почему-то уверен, что даже это он предусмотрел.
– Мне бы твою уверенность, Никита Андреевич. Эх…
– Что не так? Ты, дядя Юра, как этого Сайлуса увидел, весь какой-то поникший стал. Говори уже, что за давние тёрки?
– Да Сайлус сам по себе пустота. Но, гад такой, память мне перезагрузил, много всего вспомнилось и оттого стало на душе погано. В нашем долгом пути, Никитка, мы с твоим дедом побывали во множестве передряг. И пожертвовали многим. И вот сейчас меня, вновь помолодевшего, накрывает почти так же, как тогда, много лет назад. Эх…
– Ты бы не бередил себе душу, Юрий Николаевич, не пойдёт это на пользу. Мы все жили в прошлом и все кого-то теряли. У нас у каждого в душе война. Личная, невозможно тоскливая, и при этом подлая. Война, в которой невозможно победить. Невозможно, потому что те, кто умер, назад не возвращаются. В реальности – нет…
– Хорошие слова, Никита Андреевич. Спасибо…
Дорога, относительно нормальная грунтовка, в один момент изменилась. Стала ужасно каменистой и автобус превратился в груду живого металла, который всегда мечтал быть симфоническим оркестром. Но появились и плюсы, наёмникам стало не до рабов, тряска заставила их сесть и крепко держаться за предметы интерьера.
Получив возможность говорить намного громче и при этом не быть услышанным, я спросил:
– Племянник этого Сайлуса, стоит его опасаться?
– Думаю да. Сына Сайлуса убил твой дед. Племянник тоже в той своре был, но свалил и выжил. И Сайлус тоже свалил, вот только полностью здоровым не остался. Это кровная вражда, мне скорее всего крышка. А если они узнают, что ты внук Росса, то крышка нам обоим. Как-то так, Никитка.
– В таком случае нам нужно бежать. Нужно подумать, как устроить побег. Думаем, Юрий Николаевич, думаем.
– Гиблое дело это. Нас догнал один из джипов, ползёт следом, и там тоже вооруженные наёмники. Чудеса, конечно же, случаются. Но не тогда, когда они нужны.
Усмехнувшись, я спросил:
– Неужели испугались? На вас это не похоже, Юрий Николаевич.
– Немного боюсь, ты прав, Никитка. За тебя боюсь, мне же потом, если с тобой что случиться, твой дед голову оторвёт. Я обещал ему!
– Вот и держи обещание. План побега я уже придумал, он до ужаса прост, действуем по обстоятельствам. А теперь начали!
