— Да ну, — не согласился Барт, — больно мы им будем нужны! Раздобыть флаг Дании, и — вперед. Ни англичане, ни шведы нас тогда не тронут: кому охота тратить время на проверку нейтралов? Зато навариться можно, кто бы ни победил. Проигравшим потребуется всё, что угодно: победители точно набьют трюмы добычей, так что цены взлетят до небес.
— Давай сначала разгрузимся в Копенгагене, там и подумаем, что делать дальше.
Интересно, датчане всегда так придирчивы? На рейде Копенгагена в точности повторилась процедура, которой нас подвергли в Ольборге. Чиновники с подозрением косились на серебряные пластинки наших “каторжников”, совали нос во все щели “Самсона”, и вдумчиво изучали документы на груз. Не найдя никаких нарушений, спустя пару часов, они все-таки разрешили нам заняться своими делами. Кристианссон, рассчитавшись, и приняв зерно с вином, рассказал последние новости. Да, шведы выступили против Англии. Говорят, Теренс Второй сделал попытку нарушить законы Высших, и чуть-ли не ввел рабство. Вроде-бы, со шведами заодно Испания, поэтому Англия, несомненно, падет. Не торопитесь туда, если и собираетесь. Была задумка, зафрахтовать корабль, и не один, для перевозки в Дувр партии балтийской сельди, но теперь купец от нее отказался. Правда, если вы пробудете у нас достаточно долго, то договоримся: надо перевезти в Ревель эль, а оттуда было-бы неплохо забрать груз мяса, Высшие, несомненно, по просьбе Португалии, этого исчадия ада в Мире, наслали на датские стада болезни, и мясо подорожало. В Ревеле, кстати, пить местное пойло не советую: оно и в подметки нашему доброму элю не годится. Датский флаг? Хм… Ну, если сговоримся о фрахте, то — будет вам флаг. Могу, за скромную сумму, еще и документ на корабль сделать — любой моряк видит, что ваш шлюп с датских верфей, а если с документом, так вообще вопросов к вам не будет…
Сумма, конечно, оказалась далеко не скромной, но вполне по карману. Мы, в ожидании обещанного груза, сняли комнаты в трактирах, расположенных по соседству, и теперь половина команды жила на корабле, а половина — на берегу. Утром “вахта” менялась. Во первых, так мы экономили деньги, во вторых — все сходили на берег, и недовольных не было. Юр, Микко, Жан и Барт попробовали заглянуть в местный бордель, конечно, используя личные сбережения. Юр с Бартом вернулись, достаточно разочарованные, и на вопросы отвечали нечто, вроде: “Да ну их, много о себе возомнили”, “Ни одной в моем вкусе”, “Подумаешь, танцевать не умею”… Зато Микко с Жаном, проведя в борделе ночь, выглядели довольными. Ладно — Жан, франки всегда славились обхождением с женщинами, но Микко!.. Улучив момент, я попытался его немного расспросить.
— Артур, бордель — это королевство в королевстве. Девушек мало, поэтому они, за твои-же деньги, ждут еще и романтики. А Барт — ему только в кабаках гулять. С девушками надо ласково, комплименты, всякие ухаживания… Сходил бы сам, чего рассказы слушать? Заплатил на входе, выбрал, поговорил, выпил, понравился, а там, глядишь, и до дела дойдет!
— Микко, что значит — заплатил на входе? Вроде как, еще не…
— Ну… Арт, видишь-ли, хочешь пообщаться с девушкой, значит — надо платить. Бордель ведь не благотворительное заведение. Не сумел с кем-нибудь договориться, половину получишь назад. Сумел понравиться, значит — сумел. Давно я так хорошо время не проводил! — Молчаливый с улыбкой прикрыл глаза. — Там у них такой шикарный сад во внутреннем дворе, море цветов, яблони… Запахи просто с ног сбивают!
— И что, вы в саду, что-ли?.. Ну, прямо на улице, имею в виду?
— Нет, что ты! — Микко широко улыбнулся. — Мы просто там с Матильдой гуляли, разговаривали… Такая женщина, ух!.. Она сюда попала лет двадцать назад, по ее словам, даже в голландской армии служила… Но после двух переходов решила, что ей это и даром не нужно. Хотела накопить денег, открыть лавку по пошиву одежды, или какой-нибудь трактир, но… Словом, пока копит. Черт, честное слово, я бы даже женился на такой, как она. Умная, красивая, кровь с молоком! Вот такая фигура! — Микко очертил в воздухе формы, шире его в половину, и с явным намеком на шикарные женские достоинства. — А может, и женюсь! — Неожиданно произнес он. — Вот денег будет достаточно, вернусь сюда, и предложу ей открыть лавку вместе со мной. Почему нет?..
— Эй, эй, Молчаливый! — Я даже опешил. — Ты с ума сошел, а как-же “Самсон”, команда?! Ты у нас самый опытный моряк, какая лавка?!
— Ну, Артур, что такого-то? Я на корабле, а жена — занимается лавкой на берегу… Зато у меня будет дом. Жалко, что детишек тут завести невозможно, а представь, как было-бы здорово: ушел в рейс, приходишь, а тебя дома встречает любящая женщина, и орава сорванцов…
