Приступы прозрения и странных мыслей начались у Ангелины через неделю после того, как она окончательно отказалась от таблеток «Женофарм». В первый день у нее кружилась голова, на пятый что-то начало проясняться и она совершенно по-другому взглянула на окружающую ее действительность. Кажется, она стала понимать, как тут все устроено. Этот мир походил на сахарную вату – воздушный и сладкий, способный растаять и исчезнуть в любую секунду. Мужчина был той необходимой щепоткой соли, создающей нужный вкусовой баланс сладкого и соленого. Инь и Янь. На всей земле. И почему в этом рецепте ничего не было написано про Лизу?
10 октября 2234г. Отделение предварительного заключения «Зоны-Н».
13.45 минут по федеральному времени.
Железные магнитные двери с грохотом открылись, и Ангелина оказалась перед знакомым датчиком движения. Она быстро махнула рукой и подняла голову в сторону камер видео регистратора. Услышав характерный одобряющий гудок, девушка сделала несколько шагов вперед. Еще одна круглая дверь неслышно отворилась, и Ангелина вошла в ярко-освещенный коридор. Голубой свет струился из сотен лампочек и слепил глаза. Ангелина невольно зажмурилась. Ультрафиолетовая дезинфекция автоматически уничтожала любые бактерии. Через этот коридор пойманных респондентов провожали в частные палаты предварительного заключения. В каждой такой комнате имелась собственная ванная с полностью прозрачной душевой, свежие белые полотенца и небольшой коврик на бежевом кафельном полу. Руководство тюрьмы считало, что светлые оттенки способны успокаивать нервную систему пойманных заключенных, а домашняя обстановка поможет им чувствовать себя комфортно и почти свободно. Ровно настолько, насколько позволяло пуленепробиваемое стекло, защищающее Иных от несанкционированного побега.
В палате также располагалась небольшая односпальная кровать с большой синтетической удобной подушкой. Длинное покрывало, встроенный в стену плазменный телевизор последней модели и прикроватный столик на котором по вполне гостиничной традиции стоял небьющийся графин со свежей горной водой и ваза с фруктами. Завтрак обычно приносили прямо в комнату. В основном, он состоял из свежеприготовленной белково-липидной пищи – жареные яйца, бутерброды с грибами и плошка злаковой каши без сахара. Так же мужчина мог на выбор заказать пончики или оладьи, приготовленные в местном кухонном блоке. Кефир, соевое молоко и соки подавались без ограничения. Полдник, обед и ужин проходила в том же месте. Мужчинам запрещалось курить и буянить. Раз в два дня заключенному приводили обколотую «Женофармом» массажистку и та делала ему точечный массаж спины и стоп. Если
Ангелина не часто посещала эту часть небесной канцелярии, которая скорее походила на швейцарскую тюрьму времен конца двадцатого века. Все-таки у девушки был собственный кабинет, и ей не было необходимости тащиться в такую даль, лететь на автолете целых два часа, чтобы в итоге оказаться на
«Мне скучно».
«Мне нечем заняться».
«Я не хочу заниматься сексом. Меня ничего не возбуждает. Я устал от женщин».
«Я влюбился в своего контролера. То есть, нет. Это было на прошлой неделе. Сейчас я влюблен в своего преподавателя по латыни».
«Почему меня не опускают в путешествие на Марсианские впадины? В прошлом месяце, Антонио с порядковым номером МСК54 был там целых два раза. Меня ущемляют?».
«Вы считаете меня красивым? Расскажите, почему я так не считаю?».
«Объясните своим поварам, пожалуйста, что я ем только слабо прожаренный лосось! Не сырой или горелый, а слабо прожаренный! Это что, трудно понять? Я что, много прошу?! Разве вы, в своем государстве не можете приготовить мне обычный слабо прожаренный лосось?! Вы что не понимаете, что это выбивает меня из колеи?!».
«Меня не возбуждают женщины. Мне нравится Макс из 22 блока».
«Я обязательно должен заниматься оплодотворением по средам? Скажите им, что я хочу выходной»
