Свадьба была назначена на полдень, поэтому у него в запасе оставалась еще пара часов, чтобы взбодриться и настроиться на поездку в Лейстершир.
Лучи яркого солнца отбрасывали целый каскад солнечных зайчиков от окон противоположного дома, и при мысли о том, как было бы приятно ощутить тепло солнца на коже, Макс принялся одеваться. Натянул на себя спортивное снаряжение, чего не делал уже целых полтора года, и отправился на длительную пробежку. Чувствуя тупую боль в отвыкших от физических нагрузок мышцах, он наслаждался удивительной бодростью, разливавшейся по всему телу. Через некоторое время стало казаться, что он парит над тротуаром, оставив позади заботы и волнения прошлой недели, подчиняясь лишь мерному ритму стремительного бега.
Впервые за долгое время он почувствовал, что окончательно проснулся.
Кара, похоже, уже встала, когда он, забежав на кухню выпить воды, ощутил аромат свежесваренного кофе и ее цветочных духов.
Выпив второй стакан воды, он бросил взгляд на часы, с ужасом увидел, что уже почти девять часов и пора собираться, если они не хотят опоздать на свадьбу.
Положив стакан в посудомоечную машину, Макс обернулся и заметил, что Кара стоит в дверях кухни и наблюдает за ним. Длинные волосы были завиты и уложены в какую-то сложную прическу, темные глаза, подчеркнутые искусным сияющим макияжем, победно сверкали. Элегантное серебристое платье без бретелек идеально облегало фигуру, подчеркивая ее изящные изгибы. Она казалась выше и, возможно, более опытной. Более искушенной?
Как бы там ни было, выглядела она просто ослепительно.
Спохватившись, что глазеет на нее, как обычный подросток, Макс откашлялся и натянул на лицо улыбку, надеясь, что это не выдает его распутных мыслей.
– Привет, а ты выглядишь так, будто собралась на свадьбу, – заметил он, чувствуя досаду за свою неловкость.
Кара улыбнулась:
– А ты нет. Надеюсь, не собираешься пойти на свадьбу в таком виде? В приглашении не сказано, что гости должны прийти в спортивной одежде. – Она внимательно оглядела его с головы до ног, удивленно вскинув брови.
Макс улыбнулся в ответ, но пришлось постараться, чтобы улыбка выглядела естественно. Он чувствовал, как пылают его щеки. Что с ним такое? Немного солнечного света и красивое платье – и вот у него уже голова пошла кругом.
– Пойду приму душ, а то опоздаем, – сказал он, направляясь к двери.
– Ты можешь кое-что для меня сделать, прежде чем уйдешь? – спросила она, покраснев.
– Гм, конечно. Если это не будет мне ничего стоить, – пошутил он, подойдя к ней. На каблуках она была почти одного роста с ним, и потому он с легкостью заглянул ей в глаза. У нее такие удивительные глаза – яркие, живые и умные. А макияж и прическа напоминали Одри Хёпберн в фильме «Завтрак у Тиффани».
– Ты не мог бы застегнуть мне пуговицы на спине? – Она с трудом переводила дух, словно ей нелегко далась эта просьба.
– Конечно, – откликнулся Макс, и она повернулась.
У него перехватило дыхание при виде ее изящной спины, скрытой облегающей тканью. Три крохотные пуговицы соединяли верхнюю часть платья, нижняя часть спины до талии оставалась открытой.
Чувствуя, как онемели пальцы, скованные волнением, он принялся возиться с пуговицами, ощущая тепло ее кожи. Нервы напряглись словно струны, и он ощутил, как где-то в глубине тела поднимается горячая волна возбуждения.
Макс тяжело дышал, стараясь убедить себя, что всему виной недавняя пробежка, но при этом прекрасно осознавал, что все дело в близости прекрасной женщины, ведь он уже полтора года лишен женского тепла и ласки.
– Ну вот, – сказал он, застегивая последнюю пуговицу, и облегченно вздохнул. – Я буду готов через пятнадцать минут.
С этими словами он ринулся прочь.
Потрясающе. Кара не могла поверить, что присутствует на свадьбе Джека, друга, которого уже и не надеялась увидеть, да еще и в обществе Макса, своего странного босса. Мир буквально перевернулся с ног на голову. Если бы кто-то еще неделю сказал ей, что такое случится, она лишь вежливо улыбнулась бы в ответ, не поверив ни единому слову.
И все же она здесь, стоит рядом с Максом в туфлях на высоких каблуках, чувствуя, как с непривычки подкашиваются ноги. И ее спутник может с легкостью затмить своим обаянием и красотой любую голливудскую звезду.
В тот момент в кухне, когда он обернулся и внезапно увидел ее, Каре показалось, что она заметила нечто особенное в его глазах. То, чего раньше не замечала. И это похоже на желание.
А потом, когда он помогал застегнуть платье, ей казалось, что воздух между ними раскалился от страсти. Кара ощутила его дыхание на своей коже, у нее ослабели колени и бешено заколотилось сердце. Она была готова поклясться, что уловила в его хриплом голосе нотки жаркого возбуждения.
И все же Кара подумала, что это не больше, чем плод ее воображения. Макс испытывает к ней дружеский интерес, и не более того.
