Однако было и что-то хорошее, например, возможность посмотреть на красивых, богатых людей, попробовать деликатесы – а прислуга всегда выкраивала для себя кусочек, к тому же, многое на тарелках оставалось и вовсе нетронутым, а подавать это второй раз было не положено. Дамы на вилле щеголяли каждый вечер в новых нарядах, один шикарнее другого, сверкали бриллианты, шампанское лилось рекой, музыка гремела до поздней ночи. Атмосфера веселья захватывала всех, даже если некоторые не танцевали, а разносили подносы с едой. Думая обо всем этом, девушки перестилали постели, мыли полы и натирали хрусталь, в котором уже через несколько дней будет искриться дорогое вино. Некоторые бокалы разобьют, и на их место тут же прибудут новые, ковры наверняка зальют соусами и вином, но их тоже немедленно заменят – посол любил красивую жизнь, любил вечеринки и для своих гостей ничего не жалел. Мысли о предстоящем веселом дурдоме захватили, похоже, всех рабочих, даже садовники, неспешно подвязывая вьющиеся розы и пропалывая клумбы с незабудками, делали это с затуманенными глазами, думая о том, что здесь начнется уже через 4 дня. Они, конечно же, не знали, что в этот раз не будет ни вечеринок, ни банкетов, ни веселья. А вот дурдом будет, это Фатима могла им гарантировать.
Настроение у нее было превосходное, как и у ее «подруги», та тоже шла рядом с Фатимой с совершенно отсутствующим взглядом, думая о своем. Фатима даже знала, о чем таком грезит главная горничная: женщина обожала развлечения, а возможность поучаствовать в таком вот празднике среди высоких гостей, пусть и разнося подносы, доставляла ей немало радости. Гораздо обиднее было, по мнению Евгении, стоять за стенами, слыша, как гремит музыка, видя разноцветные огни, и осознавать, что не имеешь ни единого шанса попасть внутрь. Но эта история не про нее, так что она просто радовалась, хоть и вздыхала при мыслях о том количестве мусора и хлопот, которое приносили с собой гости посла.
– О чем думаешь? – нарушила тишину Фатима, ей хотелось услышать подтверждение своих мыслей относительно образа жизни и отдыха ее объекта.
– А? – сонно спросила Евгения, поворачиваясь к подруге, – да так, ни о чем, представляю, что здесь начнется через 4 дня. Тем, кто тут не работал, не понять, но я-то видела, как Андрей Данилович у нас отдыхает.
– И как? – спросила Фатима, для нее эта информация была действительно важной, а не просто способом поддержать беседу.
– Круто и бурно, – главная горничная закатила глаза, – тут просто все в людях, еде и мусоре. Но и весело тоже, этого не отнять.
– Да-а, жаль, что меня здесь уже не будет, – надавила на нужную струнку Фатима. Вздохнув еще раз, она добавила, – но ты-то хоть мне расскажи, как тут все будет. Наверняка бабы тут все в «Шанеле» и «Диоре», все шмотки с последнего показа, и все такое. Эх, живут же люди!
– Это точно! – согласилась главная горничная, обнимая подругу, – но ты не расстраивайся, я тебе все расскажу, до мельчайших деталей. Ты как будто сама тут побываешь! – а потом добавила, не могла не добавить, – я уже на все это до тошноты насмотрелась. По мне, так платье от «Валентино» такая же обыденность, как банный халат.
Разговаривая, они вошли в пустую в этот час раздевалку, Фатима быстро переоделась, повесив большую сумку, принесенную с собой на крючок. Именно в этой сумке, больше похожей на мешок на ручке, она и собиралась вынести диски с записью камер наблюдения. Пока она надевала форму и завязывала передник, Евгения не переставая трещала о завтрашнем приезде горячо ею любимого и ожидаемого Виктора Владимировича, похоже, она была единственным человеком на всей вилле, кто на самом деле радовался приезду начальника охраны. Как девочка, главная горничная хихикала и стреляла глазками, пока только в воздух, но уже завтра она намеревалась пустить свои чары в ход, бросить все средства, какие имеются в распоряжении женщины для завоевания крепкого мужского сердца. Фатиму это и забавляло и раздражало одновременно, но она была слишком занята предстоящей работой, чтобы тратить чересчур много внимания на пустой треп своей «подруги».
– Народу опять прибавилось, – сообщила Евгения, когда девушка была готова, – так что по двору так просто разгуливать нельзя. Зато появилась работа в гостевом доме, ты уже там была, помнишь?
– Только не говори, что надо опять мыть окна, – скривила мину Фатима.
– Нет, с окнами все в порядке, по крайней мере, до первого дождя. А вот постели надо застелить. Причем, не только в спальне. – Она выдержала театральную паузу, ожидая вопросов, но их не последовало, Фатима просто стояла и ждала. – Нам сказали, что ожидается много гостей, поэтому постелить придется и на диванах и раскладных креслах – для телохранителей. Тут, похоже, будет настоящая турбаза для политиков, никогда я еще такого не видела. Пока стелить не надо, но надо приготовить белье, чтобы в любой момент, если их, и правда, будет так много, можно было сделать из дивана или кресла кровать.
– Так что мне делать? – спросила Фатима.
