Инстинкт Убийцы. Книга 2 полностью

Это все стресс, подумал он, удивляясь и злясь сам на себя, просто немного снесло башню, такое бывает, а в нашей профессии – чаще, чем у других. Но не у него, до этого вечера у него все было под контролем, а теперь, похоже, вместе с операцией рухнул и последний рубеж, обороняющий его сердце. Она захватила его, как террористка, подумал он, и где найти такую группу захвата, что выдворит ее оттуда, пока она не начала предъявлять требования? Да и нужно ли? Когда кто-то захватывает твое сердце, вдруг понял он, ты сам радостно отдашь всё и потом с улыбкой будешь наблюдать, как получив всё, этот кто-то разрывает его на мелкие кусочки. Мысль прилетела как молния, но осталась с ним на всю жизнь, его первое откровение любви, его первое настоящее светлое чувство.

– Насколько мне известно, – продолжил он, стараясь не замечать таинственного блеска в ее глазах, такого выражения он раньше в них не видел, – среди живых его нет, а трупы еще не…

– Вадим. – Теперь она перебила его, тихо и на удивление мягко.

Она наконец отвела эти сводящие с ума глаза и опустила голову, чему Вадим был несказанно рад. Он чувствовал себя полным идиотом, когда она вот так смотрела на него.

– Я рада, что ты выжил. – Она говорила тихо, не поднимая головы, и до Вадима вдруг дошло, что эти слова даются ей с огромным трудом, что она обороняла свое сердце еще сильнее и надежнее, чем он, и еще отчаянней, а сейчас сама рушила эти укрепления.

– Я хотела сказать тебе там… но люди… я не могла. Поэтому придумала эту историю с генералом. Ты сказал, а я… я так испугалась за тебя, правда… это так…

– Ново. – Закончил он за нее.

Она подняла голову и в эту секунду была для него самим совершенством, они посмотрели друг на друга, посмотрели совершенно по-новому, а потом, не говоря больше ни слова, бросились друг к другу в объятия. И на этот раз фальши в них не было… почти.

А потом произошло еще кое-что, совершенно странное. Он оказался лицом к реке, сжимая Стеллу в объятиях, его взгляд сам собой упал на противоположный берег, и там он увидел ЕЕ. Стройная фигурка в черной одежде, руки она положила на ограду, черные волнистые волосы выбились из хвоста, и теперь ночной ветер перебирал их в своих невидимых нежных пальцах. В ее позе и осанке было столько грации, силы и достоинства, что ее просто нельзя было не заметить. Как будто луч света падал на эту странную девушку, вокруг нее были люди, она тонула в море лиц и тел, но его глаза видели только ее. Хотя дело было не только в этом, и Вадим это понял. Она выделялась, она была не похожа на остальных, она была другая.

Вадим застыл, он чувствовал ее, чувствовал бешеную энергию, как будто пучками исходившую из женской фигурки на той стороне реки. Поэтому я и заметил ее, промелькнула мысль, а вот все остальные мысли из головы словно вышибло, он так мечтал вот так обнять Стеллу, мечтал увидеть искру в ее глазах, черт, он убивал людей 30 минут назад, чтобы оказаться рядом, а сейчас полностью забыл о ней. И пусть всего на несколько секунд, но та, что стояла напротив него, полностью вытеснила Стеллу.

И она тоже смотрела на него, как будто пригвоздив его к месту, но расстояние не позволяло увидеть выражение ее глаз. От нее шла сила, от нее шла опасность, и он, как опытный хищник, это почуял. Там, за рекой, стояло его подобие, и, судя по всему, их ощущения были взаимными.

Вадим напряг зрение, он хотел рассмотреть ее лицо, вдруг это стало очень важно, важнее всего, даже важнее Стеллы. Интуиция, не раз спасавшая ему жизнь, вдруг ожила и закричала, даже не шепнула, как обычно, а просто завопила. Враг. На той стороне реки стоял его враг, и пусть ее лицо было ему не знакомо, но то, что от нее исходило, он хорошо знал.

Кто ты, мысленно спросил Вадим, почему ты смотришь на меня? Возможно, потому же, почему и он смотрел на нее. Он чувствовал исходивший от нее жар, ее обжигающую энергетику, как будто в ее глазах бесновалось адское пламя. И хотя он не мог разглядеть их цвет, но в эту секунду готов был спорить на свою жизнь, что они черные, как полночь в аду, как депрессия, наваливающаяся, когда все надежды разрушены, как смерть.

Он смотрел на нее, она – на него, они вдруг стали пленниками друг друга, он не мог отвернуться, не мог разорвать эту странную связь… да и не хотел, почему-то ему нужно было смотреть на нее, смотреть и запоминать, позволить памяти навсегда сохранить картинку в мельчайших деталях. Он и сам не знал, сколько это длилось, наверное, недолго, потому что Стелла ничего не заметила, а потом вдруг девушка с черными волосами, выбившимися из хвоста, резко отвернулась и исчезла в толпе, и Вадим мог поклясться, что чувствовал, с каким трудом она разрывает связь.