Институт полностью

Новичок остановился возле батута и оглядел остальных. Он заговорил медленно, прерывисто, будто те, к кому он обращался, были первобытными людьми, плохо понимающими английский. У него был южный акцент.

— Что, блядь… это… такое?

К нему засеменил Эйвери.

— Это Институт. Привет, я — Эйвери. А как тебя зов…

Новичок опустил ладонь на щёку Эйвери и пихнул его. Движение это не казалось целенаправленным, было почти машинальным, но Эйвери растянулся на мягкой подкладке, окружающей батут, уставившись на новичка с ошеломлённым видом. Новичок не обращал внимания ни на него, ни на игроков в бадминтон, ни на Айрис, ни на Хелен, которая перестала раскладывать пасьянс. Казалось, он обращался к самому себе.

— Что, блядь… это… такое? — Он раздражённое отмахнулся от насекомых. Как и Люк в свой первый визит на игровую площадку, новичок ничем не намазался. Мошкара не просто роилась вокруг него, она буквально кидалась на него, пытаясь распробовать его на вкус.

— Эх, чувак, — сказал Ники, — не следовала тебе так поступать с Эйвестером. Он пытался быть добрым.

Новичок услышал это и повернулся к Нику.

— Ты, блядь… ещё… кто?

— Ники Уилхолм. Помоги Эйвери встать.

— Что?

Ник выглядел спокойным.

— Ты сбил его с ног, теперь помоги встать.

— Я помогу, — сказала Калиша и поспешила к батуту. Она нагнулась, чтобы взять Эйвери за руку, и новичок пихнул её. Она пролетела мимо мягкого материала и упала на гравий, поцарапав колено.

Ник бросил ракетку для бадминтона и подошёл к новичку, уперев руки в бока.

— Теперь помоги им обоим. Я понимаю, ты чертовски дезориентирован, но это не оправдание.

— А если нет?

Ники улыбнулся.

— Тогда я отхерачу тебя, жирдяй.

Хелен Симмс с интересом наблюдала за происходящим из-за стола. Джордж, очевидно, решил переместиться на более безопасную территорию; он направился к двери гостиную, обходя новичка по широкой дуге.

— Оставь этого придурка, — сказал Калиша. — Мы в порядке, правда Эйвери? — Она помогла ему подняться, и они попятились в сторонку.

— Конечно, — сказал Эйвери, но по его пухлым щекам снова потекли слёзы.

— Кого ты назвала придурком, сука?

Ник сказал:

— Видимо, тебя, поскольку других придурков тут нет. — Он шагнул ближе к новичку. Люка поразил контраст между ними: новичок был бочонком, а Ники — клинком. — Тебе стоит извиниться.

— Нахуй тебя и нахуй твои извинения, — сказал новичок. — Не знаю, что это за место, но знаю, что я здесь не останусь. — А теперь отвали.

— Ты никуда не пойдёшь, — сказал Ники. — Ты здесь надолго, как и все мы. — Он улыбнулся.

— Прекратите, вы оба, — сказала Калиша. Она приобняла Эйвери за плечи и Люку не нужно было читать мысли, чтобы знать, о чём она думала, потому что он думал то же самое: новичок был фунтов на шестьдесят тяжелее Ники, а то и на все восемьдесят, и хотя спереди у него был внушительный бампер, ещё у него были массивные руки.

— Последнее предупреждение, — сказал Новичок. — Отвали или тебе пизда.

Джордж, похоже, передумал заходить внутрь. Теперь он засеменил в направлении новичка, но не к нему за спину, а немного в сторону. За ним шла Хелен, не быстро, но всё равно с тем лёгким покачиванием бёдер, которое так понравилось Люку. И с улыбкой.

Лицо Джорджа сосредоточенно нахмурилось, губы сжались, на лбу проступили морщины. Мошки, кружащие вокруг обоих мальчиков, внезапно слились воедино и устремились к лицу новичка, будто повинуясь дуновению ветра. Он поднёс руку к глазам, отмахиваясь от них. Позади него Хелен упала на колени, а Ники толкнул его. Новичок растянулся частично на гравии, а частично на асфальте.

Хелен вскочила на ноги и отпрыгнула в сторону, хохоча и тыкая пальцем.

— Отсосал толстяк, отсосал, отсосал!

Яростно взревев, новичок начал подниматься. Но прежде чем он успел сделать это, Ники шагнул вперёд и пнул его в бедро. Сильно. Новичок заорал, схватился за ногу и подтянул колени к груди.

— Господи, хватит уже! — воскликнула Айрис. — Разве нам не хватает проблем без этого?

Старый Люк мог бы согласиться; новый — институтский Люк — нет.

— Он первый начал. И получил по заслугам.

— Я тебя достану! — всхлипывая крикнул новичок. — Я вас всех достану, блядские подлые твари! — Его лицо стало опасно побагровело. Люк подумал, может ли у шестнадцатилетнего толстяка случиться инсульт, и решил — плохо, конечно, но правдиво, — что ему всё равно.

Ники опустился на колено.

— Хрен тебе, — сказал он. — А теперь слушай сюда, жирдяй. Не мы твоя проблема, а — они.

Люк обернулся и увидел троих санитаров, стоявших возле двери в гостиную: Джо, Хадад и Глэдис. Хадад не выглядел приветливым, а фальшивая улыбка Глэдис испарилась. Все трое держали в руках какие-то чёрные устройства с торчащими проводками. Они пока что не двигались, но были готовы к действию. Потому что нельзя допустить, чтобы подопытные кролики навредили друг другу, подумал Люк. Это единственное, что нельзя, потому что это ценные подопытные кролики.

Ники сказал:

— Помоги мне с этим козлом, Люк.