Люк просто посмотрел на протянутую руку, не испытывая ни малейшего желания пожать её. Он усваивал новые варианты поведения. Это было интересно, но довольно страшно.
Доктор Хендрикс издал странный «и-а» смешок, сначала вдохнув, а потом выдохнув.
— Это нормально, совершенно нормально. Это доктор Эванс, глава офтальмологической службы. — Он опять хохотнул на вдохе-выдохе, от чего Люк подумал, что «офтальмологическая служба» — это такой врачебный юмор.
Доктор Эванс, невысокий мужчина с пышными усами, не засмеялся, и даже не улыбнулся. Он даже не протянул руку.
— Значит, ты один из наших новобранцев. Добро пожаловать. Пожалуйста, присаживайся.
Люк сел. Сидеть в кресле было определённо лучше, чем стоять склонившись над ним с выставленной голой задницей. К тому же, он был почти уверен, что это за штука; раньше ему уже проверяли зрение. В фильмах какой-нибудь гений-ботан всегда носит толстенные очки, но у Люка зрение было пока что единица. Он чувствовал себя более-менее спокойно, пока Хендрикс не подошёл со шприцом, при виде которого у Люка упало сердце.
— Не волнуйся, просто ещё один быстрый укол. — Хендрикс опять гоготнул, показав кривые зубы. — Много уколов, прямо как в армии.
— Разумеется, ведь я же призывник, — сказал Люк.
— Верно, абсолютно верно. Не двигайся.
Люк принял укол без возражений. Не было никакой вспышки тепла, но потом начало происходить что-то ещё. Что-то скверное. Когда Присцилла наклонилась, чтобы заклеить пластырем место укола, он начал задыхаться. — Я не могу… —
— Всё в порядке, — сказал Хендрикс. — Это пройдёт. — Это прозвучало успокаивающе, но другой доктор приближался с трубкой, которую, очевидно, собирался засунуть Люку в горло, если возникнет такая необходимость. Хендрикс опустил руку на его плечо. — Дай ему пару секунд.
Люк безнадёжно смотрел на них, по его подбородку стекала слюна. Он был уверен, что их лица будут последним, что он увидит… а потом горло отпустило. Он громко, со свистом, втянул воздух.
— Видишь? — сказал Хендрикс. — Всё хорошо. Интубация не нужна, Джим.
— Что… что вы сделали со мной.
— Совершенно ничего. С тобой всё в порядке.
Доктор Эванс передал пластиковую трубку Брэндону и занял место Хендрикса. Он посветил фонариком в глаза Люка, а потом взял маленькую линейку и измерил расстояние между ними. — Корректирующие линзы?
— Я хочу знать, что это было! Я не мог
— С тобой всё в порядке, — сказал Эванс. — Теперь можешь. Цвет возвращаются к норме. А теперь ответь: ты носишь линзы?
— Нет, — сказал Люк.
— Хорошо. Пожалуйста, посмотри прямо.
Люк посмотрел на стену. Ощущение, что он забыл, как дышать, пропало. Брэндон опустил белый экран, затем приглушил свет.
— Продолжай смотреть прямо, — сказал доктор Эванс. — Если отвлечёшься в сторону, Брэндон наградит тебя пощёчиной. Если отвлечёшься ещё раз, он ударит тебя током — напряжение маленькое, но очень болезненное. Ты понял?
— Да, — ответил Люк. Он сглотнул. Теперь всё было в порядке, горло пришло в норму, но сердце продолжало учащённо биться. — А АМА[64] знает об этом?
— Лучше заткнись, — сказал Брэндон.
Кажется, «заткнись» — это любимое слово в этих стенах, подумал Люк. Он сказал себе, что всё позади и теперь это обычная проверка зрения; другие дети прошли через неё и остались целы, но он продолжал глотать, проверяя, что снова может делать это. Они покажут таблицу для зрения, он прочитает её и всё закончится.
— Смотри прямо, — протянул Эванс. — Глаза на экран и никуда больше.
Включилась музыка, скрипки заиграли что-то из классики. Должно быть, для успокоения, предположил Люк.
— Прис, включи проектор, — сказал Эванс.
Вместо таблицы в центре экрана появилось синее пятно, слегка пульсирующее, что было похоже не сердцебиение. Поверх него появилось красное пятно, заставив Люка подумать об ЭАЛе: «Извини, Дэйв». Следующим появилось зелёное пятно. Красное и зелёное синхронно пульсировали вместе с синим, затем все три начали мигать. Затем к ним добавилось ещё по одному, затем по два, а затем по дюжине. Вскоре весь экран был покрыт сотнями цветных мигающих точек.
— Смотри на экран, — протянул Эванс. — На экрааан. И никуда больше.
— Значит, если я не вижу их сам, вы показываете их на экране? Что-то вроде стимуляции? Это не…
— Заткнись, — сказала Присцилла.
