Институт полностью

Люк тоже улыбнулся и дал ему пять, а сам подумал о записке Морин: когда тесты закончатся, у тебя будет не больше 3-х дней.

— А завтра? — спросил он, когда они вернулись к лифту.

— Завтра будет завтра, — ответил Дэйв. — Только так.

Может, это и было справедливо для других, но не для Люка. Он хотел, чтобы у него было больше времени на обдумывание плана Морин — а, скорее, на оттягивание, — но боялся, что оно почти подошло к концу.

Игра в вышибалы стала ежедневным занятием на игровой площадке Института, почти ритуалом, и почти все присоединялись к ней, по крайней мере, на время. Люк был в центре круга и уворачивался целых десять минут, прежде чем в него попали. Но он не стал вставать рядом с бросающими, а пошёл по асфальтированной баскетбольной площадке, мимо Фриды Браун, которая кидала мяч в кольцо. Люк подумал, что она всё ещё не понимает, где находится. Он опустился на гравий, спиной к сетчатому ограждению. По крайней мере, теперь ситуация с насекомыми была немного получше. Он опустил руки и бесцельно поводил ими взад и вперёд вдоль пояса, не сводя глаз с игры в вышибали.

— Хочешь покидать со мной? — спросила Фрида.

— Может, позже, — ответил Люк. Он небрежно завёл одну руку за спину, нащупал нижнюю часть ограждения, и обнаружил, что Морин была права: там была щель, где земля немного проседала. Углубление могло образоваться ранней весной во время таяния снега. Не более пары дюймов, но оно там было. Никто не позаботился засыпать его. Рука Люка нащупала нижний край сетки, зубцы которой впились в ладонь. Секунду-две он перебирал пальцами, находившимися на свободе, за пределами Института, а потом встал, отряхнулся и спросил Фриду, не хочет ли она сыграть в КОНЯ. Она нетерпеливо улыбнулась и сказала: «Да! Конечно! Будь моим другом!»

У Люка будто защемило сердце.

19

На следующий день у Люка снова не было никаких тестов, и никто даже не потрудился проверить у него показатели жизнедеятельности. Он помог Конни, одной из уборщиц, донести два матраса от лифта до комнат в западном крыле, получил один жалкий жетон за свои хлопоты (все уборщики были скупы, когда дело доходило до жетонов), и на обратном пути до своей комнаты встретил Морин, которая стояла возле ледогенератора и пила воду из бутылки. Он спросил, не нужна ли ей помощь.

— Нет, спасибо. — Затем она понизила голос. — Хендрикс и Зик разговаривали снаружи возле флагштока. Я их видела. Они проводят тесты?

— Нет. Уже два дня.

— Так я и думала. Сегодня пятница. Возможно, есть время до субботы или до воскресенья, но я бы не особенно рассчитывала на это. — Его ужаснула помесь беспокойства и сочувствия, которую он увидел на её измождённом лице.

Ночью.

Он не произнёс слово вслух, а только проартикулировал губами, прикрыв рот рукой и почёсывая щёку. Она кивнула.

— Морин… они знают, что у вас… — Он не смог закончить, но это было ни к чему.

— Они думают, это радикулит. — Её голос было едва слышно. — Хендрикс может подозревать, но ему всё равно. Как и всем им, пока я могу работать. Теперь иди, Люк. Я приберусь у тебя во время обеда. Загляни под матрас перед сном. Удачи. — Она помедлила. — Жаль я не могу обнять тебя, милок.

Люк почувствовал, как его глаза наполняются слезами. Он поспешил удалиться, прежде чем она успела заметить это.

Пообедал он плотно, хотя и не был особенно голодным. И собирался также плотно поужинать. У него было чувство, что если всё сработает, ему понадобится все силы, какие у него есть.

Вечером за ужином к ним присоединилась Фрида, которая вроде как произвела впечатление на Люка. После этого они вышли на игровую площадку. Люк отказался покидать с ней мяч, сказав, что ему нужно присмотреть за Эйвери на батуте.

Красное неоновое слово возникло в сознании Люка, когда он наблюдал, как Эйвестер подпрыгивает вверх и вниз, лениво делая прыжки в сед и плюхаясь на живот.

«Ночью?»

Люк помотал головой.

— Но мне нужно, чтобы ты спал в своей комнате. Хочу выспаться хотя бы раз.

Эйвери соскользнул с батута и серьёзно посмотрел на Люка:

— Не обманывай меня, потому что думаешь, что кто-нибудь увидит меня грустным и спросит, почему. Я не грустный. — И его губы растянулись в неискренней улыбке.

«Ладно. Только не просри мой шанс, Эйвестер».

«Вернись за мной, если сможешь. Пожалуйста».

«Обещаю».

Начали возвращаться точки, напоминая об иммерсионном баке. Люк подумал, что это из-за усилий, потребовавшихся для передачи мыслей.

Эйвери ещё мгновение смотрел на него, затем побежал к баскетбольному кольцу.

— Хочешь поиграть в КОНЯ, Фрида?

Она посмотрела на него сверху вниз и улыбнулась.

— Малыш, я сделаю тебя в два счёта.

— Дай мне фору в две буквы, а там посмотрим.