Институт полностью

Но он не мог вспомнить больше никого другого. Он слишком устал. Пытаться думать было все равно, что пытаться заглянуть в окно, запачканное жиром. Он встал на колени, подполз к дальнему правому углу Саутуэй Экспресс и заполз за культиваторы, ожидая, когда люди из грузовика вернутся и закончат погрузку мебели, предназначенной для Бендера и Боуэна. Он знал, что они все еще могут его обнаружить. Они были мужиками, а мужикам нравилось осматривать все, в чем был мотор. Возможно, им захочется посмотреть на косилки или на воздуходувы. Они, возможно, захотят проверить, сколько лошадиных сил в новом Эвинруде[149] — они могут полюбопытствовать, хотя вся информация есть на счетах-фактурах. Он подождет, он спрячется, он будет надеяться, что его удача — и без того тонкий лист — протянется еще немного. И если они его не обнаружат, он снова погрузится в сон.

Только Люк никого не дождался. Он лег на одну руку и через несколько минут снова заснул. Он спал, когда двое мужчин вернулись и закончили свою работу. Он спал, когда один из них наклонился, чтобы проверить садовый трактор Джон Дир, всего в четырех футах от того места, где лежал свернувшийся калачиком Люк. Он спал, когда они ушли, и один из работников закрыл дверь Саутуэя, на этот раз плитно. Он проспал стуки-грюки добавляемых новых вагонов и лишь слегка пошевелился, когда новый локомотив заменил 4297. Потом он снова заснул, двенадцатилетний беглец, которого преследовали, ранили и пугали.

Локомотив поезда № 4297 имел предел тяги в сорок вагонов. Вик Дестин определил бы новый как GE AC600 °CW, 6000 — столько лошадиных сил он мог генерировать. Это был один из самых мощных тепловозов в Америке, способный тянуть поезд длиной более мили. Выезжая из Стербриджа, сначала на юго-восток, а потом на юг, этот поезд, теперь уже под № 9956, состоял из семидесяти вагонов.

Вагон Люка теперь почти пустовал, и будет оставаться таким до тех пор, пока 9956 не остановится в Ричмонде, штат Виргиния, где в него добавят две дюжины домашних генераторов Кехлер. Большинство из них были помечены для Уилмингтона, но два — и весь ассортимент мелкомоторных приборов и безделушек, за которыми сейчас спал Люк, — предназначались для Отдела продаж и обслуживания малых локомотивов Фромми в маленьком городке Дюпре, штат Южная Каролина. 9956 останавливался там три раза в неделю.

Великие события поворачиваются на маленьких петлях.

Когда поезд № 4297 отходил от станции Портсмут, Нью-Гэмпшир, направляясь в Стербридж, Миссис Сигсби изучала досье и уровни НФГМ двух детей, которые в скором времени поступят в Институт. Один был мужского пола, другой — женского. Команда Рубиново-красных привезет их сегодня вечером. Десятилетний мальчик из Солт-Стю, Марий, имел всего 80 пунктов по шкале НФГМ. Четырнадцатилетняя девочка из Чикаго — 86. Согласно досье, она страдала аутизмом. Это вызовет некоторые трудности, как для персонала, так и для других жителей Института. Если бы её НФГМ был ниже 80, они наверняка бы прошли мимо нее. Но 86 — выдающийся показатель.

НФГМ означало нейротрофический фактор головного мозга[150]. Миссис Сигсби очень мало понимала его химическую подоплеку, это была сфера компетенции доктора Хендрикса, но она понимала основы. Как и УБМ, уровень базального метаболизма[151], НФГМ имел свою шкалу. Она позволяла измерять рост и выживаемость нейронов по всему телу, и особенно в головном мозге.

Те немногие люди с высокими показателями НФГМ, меньше 0.5 процентов населения Земли, были самыми счастливыми людьми в мире; Хендрикс говорил, что они были тем, что Бог намеревался сотворить, когда создавал людей. Они редко страдали от потери памяти, депрессии или невропатической боли. Они редко страдали от ожирения или крайнего недоедания, от которого страдали анорексики и больные булимией. Они хорошо сходились с другими людьми (девушка, которая должна была вскоре поступить, была редким исключением), были склонны скорее останавливать беспорядки, чем начинать их (Ник Уилхольм был еще одним редким исключением), у них была низкая восприимчивость к таким невротическим болезням, как обсессивно-компульсивное расстройство личности, и у них были высокие вербальные навыки. У них практически не было головных болей и никогда не было мигреней. Их холестерин оставался низким независимо от того, что они ели. Они, как правило, имели средние или ниже среднего показатели продолжительности циклов сна, но компенсировали это дремой, а не приемом снотворного.