А в три часа дня я действительно проснулся от раздирающей нутро боли. Только не в заднице... а в глотке. И если первая по шкале ощущений просто легко саднила, то вторая обещала мне личный армагеддец в ближайшую неделю. Говорить я практически не мог — только издавать нечленораздельные звуки. Потому я просто свернулся калачиком и тихо заскулил.
Глава девятнадцатая. Знакомый "Венчик".
Как я добрался домой — помню с очень большим трудом. Меня уже не просто трясло из-за температуры, а почти колотило, и я не вполне понимал даже элементарное — где нахожусь сейчас. Скорее всего, не на шутку взволнованный и ничего не понимающий Свен вызвал мне такси, а я каким-то чудом сумел прохрипеть адрес. Дома на четыре дня я обвалился в полную «несознанку» и какое-то подобие безвременья. Все происходящее дальше смешалось в одну кучу, и я плохо помнил потом последовательность событий.
Причитающая мать, щупающая мой пылающий лоб. «Славка, ну посмотри, до чего ты себя довел... Слав... доллары, откуда? Во что ты опять влез?! Покажи горло... Господи, какой ужас». Врач, мрачно качающий головой. Таблетки, уколы — их делала мать. Отключенная громкость у мобильника, постоянно наяривающего.
Кит, неловко топчущийся на входе в комнату под косым взглядом матери. Украдкой, шепотом уже у кровати: «Слав, это он с тобой так сделал? Насильно?» «Молодой человек, вы о чем?! У Славы просто гнойная ангина или... скажите... что с ним?!» «Извините, *** ***, я неудачно оговорился. Я про выпивку. Мы выпивали накануне. Он не хотел уже, а мы настаивали. Я... я пойду, пожалуй. Передайте Славе, чтобы поправлялся».
В себя более или менее я пришел лишь на пятый день. Держась за стенки, доплелся до кухни, где и нашел собственный телефон, который мать забрала, чтобы он меня не беспокоил. Мобильник просто разорвало от звонков и, глянув на количество пропущенных на дисплее, я понял, что меня искали днем с огнем и с собаками как минимум пол Питера. Звонил мне десять раз даже лично Абрамка, ну, а про то, сколько раз меня пытался набрать Свен, я просто молчу. В этом они с Китом устроили чуть ли не чемпионат мира за личное первенство.
Админ поднял трубку как по свистку, после первого же сигнала, и облегчено выпалил:
— Славка, мать твою! Живой?!
— Угум. Не радуйся — не дождешься, — кивнул я, — слушай, прости, что подставил с работой. Мне походу потребуется еще пара-тройка дней.
— Забей, — как всегда в волнении или на радостях затараторил Кит, — бери, сколько требуется. Все ж живые люди... слушай, тут такое было... пока я не догадался до тебя ногами дойти. Абрамка уже связи свои ментовские хотел поднимать. Я даже финника твоего один раз в клуб не пустил. А он прилетел прям к открытию бледный весь такой, трясется. Они с охранником еще чуть не подрались. Ты ж после гостиницы не отзвонился, как договаривались, ну мы и подумали, что он тебя... того.
— Чего... того? — прифигел от «приятных» новостей я.
— Ну, трахнул в изврате и избил. В общем, там Абрамка сразу — по своим. А те, мол, около четырех часов дня был вызов такси из такого-то номера. Перса доставили по адресу ***. Вроде живой, только словно бухой или сильно избитый. А ты в шесть вечера трубу снял и такой только — хрипишь: «Больно... больно». А потом вообще как сквозь землю провалился. Я потому Свена не пустил. Думаю, порву падлу за друга. Так он тебя да или нет?
— Да. Только все нормально было. По взаимке. Просто ангина, — скривился я, чувствуя, что горло еще сильно болит и говорить долго трудно.
— А Свен твой еще заваливался потом. Посидел два часа, увидел, что тебя нет — и сразу с вещами на выход. Про ангину твою я ему говорить ничего не стал. Подумал — сами разберетесь. Я вообще к нему, честно, больше не лез, ну, чтоб тебе не мешать. Короче, поздравляю. Финн твой залип на тебя капитально. Больше ни к кому другому не клеился. Вот, цени, какой я тебе друг хороший. Все для тебя сделаю.
— Ценю, — кивнул я в трубку, — Кит, я тебе попозже перезвоню. А то пока языком молоть больно. Спать тянет.
— Ага, давай. И расскажешь потом в деталях, как у вас с ним. Хотя, вообще, знаешь, лично мне Свен твой как-то разонравился. Ну, после всего, что произошло. Вообще, он какой-то не такой. Ну, так, потрахаться пару раз — это еще сойдет, но не больше. Ну, баюшки, лапуль, — подозрительно ревниво выдохнул в трубку старший админ, прощаясь.
Вот так собственно и началась взаимная неприязнь Свена и Кита.
На седьмые сутки я чувствовал себя уже вполне сносно, даже вышел за сигаретами в магазин — мне впервые захотелось курить. Только в полдень я заметил необычные красные точки на запястьях. Такое иногда со мной бывало — если я долго носил шерстяные свитера с узкими рукавами на голое тело. Пятна ближе к ночи превратились в зудящие, наливающиеся лимфой прыщи, и точно такие же, к своему огромному удивлению я обнаружил уже на... лодыжках.
