Тема инвалидности и медицины не проста, как это может показаться людям, к ней не причастным напрямую. По сей день. Достаточно вспомнить грызню вокруг ушных имплантов глухим детям. Казалось бы, что может быть лучше, чем избавление от глухоты? А оказалось, что немалая часть глухих видят себя полноправным меньшинством, имеющим собственный язык и культуру. Которое имеет право на полноценное существование. То есть, не их надо выправлять под слышащее большинство, а слышащему большинству надо учитывать особенности глухого меньшинства в предоставлении возможностей и услуг.
Доктор Мецлер демонстрирует, что свои сложности во взаимоотношениях медицины и инвалидности были и в Средние века. Была ли модель медицинской или социальной? В центре понимания проблемы лежат термины "disease" - порок, синдром, неисправность, абнормальное биофизическое состояние, и "illness" - нездоровье, заболевание, расстройство. Там, где медицина интересуется именно и только абнормальностью, заболевание и расстройство относятся к явлениям с социальными последствиями.
Медицинская модель относит disability (инвалидность) и impairment (патология) именно к разделу болезней. Социальная же модель не только не проводит между инвалидностью и болезнью знака равенства, но и считает приравнивание патологии/инвалидности к болезни проявлением дискриминации со стороны общества.
Другой момент, требующий уточнения - это что именно мы понимаем под термином "средневековая медицина". Обычно людям, включая историков, свойственно вцепиться в какой-то один аспект целого спектра идей относительно здоровья и болезни, а также физических и спиритуальных действий, направленных на благополучие населения. Более того, медицинские историки и медиевисты работают с зафиксированными аспектами, с письменными материалами, что неизбежно исключает огромное большинство практик, которые можно назвать "народной медициной", не говоря уже о "магической медицине", если только они не остались в записях и архивах. Такими, какими их понимал оставляющий записи.
"Магическая медицина", или чудесные исцеления, описаны во многих источниках, и будут далее разбираться отдельно. О них мы знаем даже больше, чем о реальной, повседневной медицине Средневековья, потому что им придавалось очень большое значение, и они регистрировались достаточно широко, теми же монастырями, куда стекались надеющиеся на чудесные исцеления паломники.
Что же касается прочей, доступной нам медицинской литературы Средневековья, то она писалась грамотными, имеющими университетское образование профессионалами от медицины. И писались они не для "широкой публики", а в качестве учебников для других профессионалов. Или в качестве своего рода "curriculum vitae" о собственных достижениях.
Возникает вопрос, до какой степени дошедшая до нас медицинская литература Средневековья отражает истинное положение вещей? Источников для составления более или менее компетентного мнения на этот счёт просто слишком мало. Дело ведь доходит до обращения к литературным текстам, романсам и летописям, в которых упоминается что-то, имеющее отношение к медицине.
Поэтому, говоря о медицине Средневековья, мы всегда должны помнить, что существующие мнения базируются на чрезвычайно фрагментарном фактическом материале, что они не принимают во внимание различия в региональных практиках (скажем, Северной Европы и Средиземноморья), и даже не принимают во внимание временные отличия этих практик в периоды Раннего Средневековья (476-1100гг), Высокого Средневековья (1001-1300гг), и Позднего Средневековья (1301-1500гг). А ведь речь идёт, в самом крайнем случае, о периоде длиной в ТЫСЯЧУ ЛЕТ!
И всё же, хотя медицинские энциклопедии Средневековья учёные того времени писали для своего рода "междусобойчиков", они озаботились, начиная где-то с двенадцатого века, создать пути распространения знаний сверху вниз, обмена знаниями между различными университетскими школами, и сбора материала из практической, не университетской медицины ("Practical Medicine from Salerno to Black Death" by L. Garcia-Ballester). Причиной было то, что никакая теоретическая наука не может создаваться без солидного количества пратических наработок. И то, что нести свет в массы со стороны университетских школ было логической необходимостью для создания спроса на медицинские услуги выпускников этих университетских школ. Среди тех самых масс, да. Которые должны были более или менее понимать, чего они могут требовать, и оценивать результат.
В общем, речь идёт о рынке рабочей силы для "молодых специалистов", и о том, чтобы условия их работы среди населения были бы адекватными. Поэтому популярность медицинских энциклопедий того времени среди населения было не случайно, хотя таргетной группой для этой литературы была более рафинированная часть общества. Среди читающей публики, наибольшей популярностью пользовались следующие теоретики:
1. Винсент из Бове (1190 - 1264?), написавший Speculum Maius, или "Зерцало Великое", о котором вики говорит следующее:
"Энциклопедия состоит из 4 частей:
