– Да я его особенно-то не увижу, – Дарина все еще терялась в присутствии бойкой, напористой Мирры, но та сама вызвалась ей помочь. – Времени впритык, и задерживаться надолго нельзя. Дая с Орионом мне уже примерно миллион раз повторили.
Это была правда: несмотря на письмо с заверениями Ирис, что мятежники встретят их, Дая очень переживала и сыпала предостережениями. Дарина раз за разом успокаивала ее и себя, что все будет хорошо. Мысль о том, что она сможет обнять Ирис и прикоснуться к творениям Троя, почувствовать под пальцами его жесткий, точный, упрямый Воздух, давала удивительно много сил.
Вьюга уже ждала ее, как всегда бодрая и разрумянившаяся от мороза. Дарина поражалась ее способности быть в приподнятом настроении – самой ей уже хотелось переодеться в рабочую рубашку и до вечера укрыться в мастерских. Пришлось еще раз напомнить себе про Ирис.
– В путь? – Дарина запрыгнула в сани, стараясь не думать о предстоящем переходе через Рубеж. Хватит с нее и без этого тревожных и грустных мыслей.
– Ага, – Вьюга потрепала по холке одного из зверозубов, переминавшихся с лапы на лапу в предвкушении поездки. – Только этих вот подождем, – она с хитрой улыбкой кивнула куда-то за спину Дарины.
Та обернулась, чувствуя, как быстро колотится сердце. По протоптанной в снегу тропинке в их сторону торопливо шли Кай с Литой.
– Успели, – далл сделал вид, что очень сосредоточен, помогая Лите забраться в сани.
Взгляда Дарины, обращенного к нему, он, кажется, старательно избегал.
– Едем! – Вьюга выкрикнула что-то зверозубам, и они тронулись.
Несколько минут все ехали молча, и наконец Дарина не выдержала:
– Решил тоже вступить в ряды совершающих глупость за глупостью? Больше не плевать?
Кай повернулся на ее голос:
– И что, после такого даже не полезешь вновь с поцелуями, как тогда, в Тюрьмах?
На очень короткий миг Дарине показалось, что она сейчас действительно ударит его.
– Больно надо, – она отвернулась, внезапно заинтересовавшись лесными пейзажами.
– Ну нет так нет, – Кай пожал плечами. – Я не особенно-то и рассчитывал: согласен, мелковато все-таки. Вот если б я побег какой-нибудь организовал или мы прощались навеки…
Дарине правда очень хотелось разозлиться, но получалось почему-то только улыбаться.
Они въехали в город со стороны большого заснеженного пустыря, за которым начинались безлюдные окраины. Дарина то и дело оглядывалась: с трудом верилось, что зверозубы могут остаться незамеченными.
– Эта часть города пустует! – будто ответила на эти мысли Вьюга, перекрикивая шум ветра. – Заброшенные кварталы! Есть где спрятаться!
Элемента встретила их мелким дождем вперемешку со снегом. Было еще не поздно, но воздух уже сделался плотным и по-сумеречному серым. Вьюга остановила сани у знакомого покосившегося сарая – здесь Дарина с Литой впервые увидели зверозубов, прилетев в Элинту.
– Выпрыгивайте, – Вьюга уже освобождала псов из упряжи.
– Тут правда никого нет? – спросила Дарина, пока Кай помогал Лите выбраться. – Целая улица нежилая?
В прошлый раз она была настолько уставшей, что не заметила окружавшее запустение, но теперь оно действительно пугало.
– Улиц
– Тут плохо, – куда-то себе под ноги пробормотала Лита, пиная снежное месиво.
Дарина уже начала опасаться, что стараниями Вьюги хлипкая дверь слетит с петель, но та наконец отворилась. В лицо пахнуло застоявшимся воздухом, к которому едва уловимо примешивался уже знакомый запах мокрой шерсти.
– Спокойно добрались? – спросил вышедший им навстречу Ист. Он сурово смотрел из-под седых бровей, скрестив на груди жилистые руки.
– Ага, – Вьюга кивнула. Зверозубы за ее спиной смиренно ждали. – Дарину ты помнишь, а это…
– Я знаю, кто это, – грубо перебил ее Ист и ткнул костлявым пальцем в Кая: – Тебе тут не рады, так и знай. Вьюга, прячь зверозубов, а я провожу эту троицу куда нужно.
Дарина хотела что-то возразить, еще сама не понимая, что именно, но Кай мысленно остановил ее:
«Не надо. Мне все равно, правда. Его право, меня подобным не удивить».
По лицу Кая невозможно было сказать, действительно ему все равно или изображать безразличие уже вошло в привычку. Он протянул Дарине руку, отказываясь от зрения, чтобы Лита отдохнула.
