Теперь ясно, отчего улицы Фэрхэвена столь чисты, а вот метод очистки объясняет неприязнь Доррина к Белому Городу. За годы каждодневной уборки мусора с помощью энергии хаоса Фэрхэвен, безусловно, пропитался мельчайшей белой пылью, сохранившей печать хаоса.
— Похоже, тут растрачивают магию попусту, — тихонько бормочет Брид.
— А по-моему, это наказание для чародеев, — отзывается Кадара. — Причем наказали, кто бы сомневался, женщину.
— А нам никак не объехать эту площадь? — жалобно спрашивает Доррин, когда тележка уже скрывается из виду.
— Мне бы хотелось на нее посмотреть, — говорит Кадара.
— Я встречу вас на дальней стороне.
— А ни на что не нарвешься? — спрашивает Брид.
— Да по мне что угодно лучше, чем это... — Доррин машет рукой в сторону Белой Башни, источающей хаотическую энергию, но все же ухитряется выдавить улыбку, уловив тончайшие черные линии, скрепляющие блоки из белого гранита. Даже здесь, в цитадели Мастеров хаоса, не обойтись без некоторых элементов гармонии.
— Но все-таки, а вдруг что-нибудь?
— Я постараюсь ни во что не вляпаться, — обещает Доррин, поглаживая кобылу по шее. — Ничего со мной не случится. Надеюсь, — добавляет он уже про себя, когда Брид направляет своего гнедого ближе к Кадаре.
Чувствуя на спине взгляд Брида, он сворачивает в боковой проулок, стараясь не наехать на кого-нибудь из жмущихся к стенам пешеходов, из-под ног которых поднимается тончайшая белая пыль. Ни один из них не поднимает на него глаз.
Поворачивая в нужном, как ему кажется, направлении, он едва не сталкивается с тележкой торговца, а потом минует лоточников, торгующих рыбой, мясом и выпечкой. И снова ни один из них не поднимает глаз на одинокого всадника. К тому времени, когда, обогнув площадь, он возвращается на аллею, Брид и Кадара уже там.
— Нам пришлось тебя ждать.
— Так ведь вы ехали прямым путем. Видели что-нибудь интересное?
— На площади почти пусто, — отвечает Брид. — Может быть, люди боятся магов?
— Зачем бояться тех, кто содержит город в чистоте и пресекает преступления? — пожимает плечами Кадара, трогая лошадь с места.
— Возможно, такая концентрация хаоса сама по себе вызывает у людей беспокойство, — бормочет под нос Доррин, пристраиваясь позади Кадары.
На торговой площади толпится десятка два народу, ворота окаймляющих ее каменных зданий пропускают повозки. На фасаде одного из таких строений, сложенного, как и почти все прочие, из белого гранита, красуется вывеска с выведенными храмовым начертанием словами: «Купец Герриш» и нарисованными темно-зеленой краской подводой и лошадью.
Краска не облупилась, и линии достаточно четкие, но, на взгляд Доррина, рисунок грубоват.
— Ну что, сунемся туда? — спрашивает Брид, соскальзывая с седла с завидной для Доррина легкостью.
— Надо же с чего-то начать, — отзывается Кадара, так же легко спрыгивая со своей кобылы.
Пока Доррин привязывает Меривен к коновязи, его спутники уже успевают стряхнуть с одежды висящую в здешнем воздухе мельчайшую пыль. Доррин следует их примеру. Свой посох оставляет притороченным к седлу. Глупо тащить в лавку четырехфутовую орясину.
Сквозь полуоткрытую дверь они входят в маленькую комнату, где стоящий у стола грузный загорелый мужчина внимательно рассматривает развернутую и придавленную по краям камнями с кулак величиной карту. Справа находится заставленный бочонками проход, за которым видна конюшня.
— Ты, Гирл? — рассеянно спрашивает он вошедшего и лишь потом поднимает глаза. — Э, да ты не Гирл! Чего тебе надо?
— Ежели ты Герриш, — говорит Брид с открытой улыбкой, — то хочу спросить: не нужны ли тебе охранники?
— Ну... — качает головой купец. — Ты-то, конечно, парень крепкий. Но какой прок от твоих спутников?
— Не скажи, почтеннейший. Думаю, Кадара владеет мечом лучше любого из твоих людей.
Кадара смотрит купчине прямо в глаза и тот, не выдержав первым, переводит взгляд на Доррина. Рыжеволосый паренек скучно пялится на стену.
— Охранники? — повторяет купец. — Зачем мне охранники?
— Тогда прошу прощения, — пожимает плечами Брид.
— Тебя, парень, я бы, может быть, и взял. Грузчиком, за один медяк в день, — произносит толстяк. — А остальные мне не нужны.
— Чудно это слышать, — откликается Брид, глядя на него с высоты своего роста. — Мы столкнулсь с разбойниками чуть ли не на окраине Тирхэвена, а тебе не нужна охрана.
— Парень, мои повозки не раскатывают по захолустным проселкам. А главные тракты патрулируют Белые стражи.
— А что, дороги магов проходят повсюду? — осведомляется Доррин.
— Конечно, нет, — фыркает торговец. — Они соединяют главные города, но как раз там живет много народу. А чем больше народу, тем больше выручка.
— А разве такая выручка не привлекает разбойников? — не унимается Брид.
— Нет, если им дорога жизнь, — отмахивается торговец. — Ступайте себе дальше. Мне не нужны охранники, тем более чужаки и женщины. Вооруженная охрана вечно машет мечами, а кровопролитие не на пользу делу.
— Ладно, — говорит Брид, кивая и отступая назад. — Но ведь кто-то, наверное, разъезжает и по проселкам?
