— Третий вопрос — о горном цехе. Давай решать его! Проект реконструкции готов. Мое предложение — сейчас же рассмотреть его. Если проект хорош, я немедленно утверждаю его. А совнархоз, не откладывая, будет изыскивать нужные средства.
Северцев недоверчиво улыбнулся. Но распорядился срочно собрать специалистов.
Прилетевший недавно из Москвы Парамонов весьма обстоятельно рассказал о проектных решениях.
— Сосновский открытый рудник, — заключил он, — запроектирован по своим технико-экономическим показателям на уровне лучшей мировой практики. Реконструкцию можно проводить без остановки добычных работ: карьер будет строиться параллельно с работающей шахтой, выдачной ствол ее сохранится для последующей отработки нижележащих горизонтов рудного тела.
Возражений Парамонову ни от кого не последовало, и утверждение проекта произошло, как показалось Михаилу Васильевичу, даже до обидности просто. Яблоков, подписав документ, тут же заговорил было о другом деле.
Глядя, как Петр Иванович ставит свою подпись, Северцев вспомнил, сколько сил и времени потрачено на обсуждение проекта на руднике, в главке, в министерстве…
— Значит, взял да и утвердил, так вот просто?.. — перебил он Яблокова.
— Вы же замусолили этот проект до дыр. Обсуждали его не однажды и на разных уровнях. Имеете дюжину экспертных заключений. Что еще может быть нужно?.. К тому же Сосновку я знаю не хуже тебя, — заметил тот.
— Это у меня с непривычки, это пройдет, — усмехнулся Михаил Васильевич. — Знаешь, Петр Иванович, мне кажется, что у нас с Парамоновым сейчас одинаковое ощущение… Читал «Белеет парус одинокий» Катаева? Помнишь, как там маленький Бачей сдает экзамен? Он очень хорошо готовился, все знал… Экзаменатор сразу понял это и не давал ему выложить познания, а все переходил к следующим вопросам. Отметку-то, кажется, поставили отличную, а мальчик ушел обескураженный: экзамена, такого большого события, вроде как и не было…
Яблоков от души расхохотался.
— Разрешите два слова, — сказала Борисова.
— Слушаем вас, Мария Александровна, — ответил Северцев.
— Сегодня мы присутствовали, можно сказать, на историческом акте — утверждении многострадального проекта горных работ. Я рада за горняков, но тревожусь за обогатителей: нужно сразу же подумать, как увязать новую производительность горного цеха с мощностью обогатительной фабрики!
— Дельное замечание. Продолжайте, пожалуйста, — одобрил Яблоков.
— Когда открытый рудник достигнет своей проектной мощности, к фабрике придется пристраивать новую секцию. Это долго и накладно. Но загрузку существующей фабрики можно увеличить в полтора раза без серьезной перестройки ее: заменить отсадочные машины винтовыми сепараторами. Совнархоз должен помочь нам: он роднее, чем бывший главк…
Галкин, кажется, впервые поддержал Борисову:
— Инженер Борисова права. Но беда в том, что винтовые сепараторы серийно на заводах не изготовляются: конструкция их не отработана. Хозяина новой техники не найдешь, а институты кивают друг на друга… Приходится кустарничать на месте, как с молотком Серегина, делать все самим. Разве это верно?
— Действительно, ряд важных вопросов остался пока нерешенным, — сказал Яблоков. — Но мы их безусловно решим!.. Теперь о руднике. Следует не откладывая приступать к подготовительным работам. Деньги на второе полугодие дадим частично за счет не освоенных другими предприятиями. Вскрышу можно начинать за счет эксплуатационных средств.
— А оборудование дадите? — спросил Галкин.
— Будем изыскивать его. В первую очередь, у себя. Подготовь, Михаил Васильевич, распоряжение совнархоза о передаче вам двух экскаваторов с химкомбината. Получайте и ставьте их на вскрышные работы. Второе распоряжение — Обушкову: пусть передаст вам новый станок глубокого бурения. На Каменушке обойдутся прекрасно и без него. На остальное оборудование попробуем разместить заказы на машиностроительных заводах нашего экономического района. С фабрикой тоже разберемся. Спасибо вам, Мария Александровна, за подсказку!
Он отпустил приглашенных на это летучее совещание. Когда остались вдвоем, Северцев тепло сказал:
— Поздравляю тебя, Петр Иванович. Первые шаги совнархоза — обнадеживающие. Я что-то не помню, чтобы с такой оперативностью решались столь серьезные вопросы.
— Видишь ли, — растирая ладонью висок, ответил Яблоков, — министр и даже Шахов здесь не были ни разу, у них не доходили руки до всех предприятий: в министерстве таких предприятий, как ты сам знаешь, тысячи. Имей ты семь пядей во лбу, но жизни человеческой не хватит все это объехать. — Он устало потянулся. — Обушков молодец! Рудник работает у него как часы. С народом живет дружно, жалоб на него нет. Обратная картина на химкомбинате: план уже третий месяц не выполняется, запустили вскрышные работы, никак не могут войти в график…
— Зато знамена и премии за повышенную добычу получали, — вставил Северцев.
