После шестидневного отдыха в Беневенто, в течение которого он принимал делегации со всего королевства, прибывавшие с изъявлениями покорности, в надежде предотвратить грабежи и резню, Людовик Венгерский, 16 января, двинулся со своими войсками на запад к Неаполю. Король не пытался сразу же взять столицу, так как Неаполь с его многолюдным населением и лабиринтом узких улочек было бы трудно покорить, если бы его жители решили сопротивляться. Вместо этого венгерская армия обошла столицу и направилась на север, в сторону Капуи. При приближении врага немецкие наемники находившиеся под командованием графа Альтавиллы, увидев множество своих соотечественников в рядах армии противника, дезертировали к венграм. После этого, в знак капитуляции, граф был вынужден поднять венгерское знамя на городской стене. На следующий день Людовик Венгерский прибыл к Аверсе и без сопротивления занял город, таким образом без единого сражения почти завоевав Неаполитанское королевство. Как и предполагала Иоанна, первым поступком ее деверя была отправка посланника в Неаполь с требованием передать ему Карла Мартела, что и было немедленно сделано. "В том же году, 19 числа того же месяца, сир Амелио дель Бальцо, который заботился о принце Карле Мартеле, передали его [Карла Мартела] венгерскому графу Чикконе, который принял его от имени короля Венгрии, а также сдал ему [графу Чикконе] Кастель-дель-Ово"[160], — сообщает
Также 19 января Карл Дураццо и Роберт Тарентский торжественно въехали в Аверсу во главе длинной процессии неаполитанских аристократов, чтобы официально преклониться перед королем-победителем. Хотя тот факт, что король Людовик выбрал город где был убит его брат в качестве места приема своих неаполитанских родственников, должен был настораживать, но герцог Дураццо, в частности, был уверен, что по крайней мере он и его семья (он взял с собой в эту дипломатическую миссию младшего из двух своих братьев, Роберта), получат теплый прием от своего кузена. Ведь, в конце концов, Карл подружился с братом Людовика Андреем незадолго до его смертью; возглавил безжалостное преследование его убийц, которое привело к публичным пыткам и казни самых близких королеве людей и призвал своих венгерских родственников вторгнуться в королевство, обещая свою поддержку и поддержку своих вассалов и союзников в случае, если оно состоится. Его номинальное участие в приготовлениях Людовика Тарентского, если оно вообще было известно королю Венгрии, не должно было, по мнению герцога Дураццо, быть использовано против него, поскольку Карл мирно сложил оружие и убедил других сделать то же самое. Этот момент был тщательно подготовлен месяцами тайной переписки с венгерским королем, и вот Карл въехал в Аверсу, полный смиренного раболепства и преданности к новому правителю Неаполя.
Все прошло так, как Карл и ожидал. Людовик Венгерский встретил изъявления покорности неаполитанской делегации с приятной любезностью. Он проявил особое почтение к своим кузенам, расспрашивая их о местонахождении всех младших членов домов Таранто и Дураццо. Когда ему сообщили, что двое представителей этих домов, Филипп Тарентский и Людовик Дураццо, остались в столице, чтобы организовать великолепную церемонию встречи короля, Людовик Венгерский настоял на том, чтобы они тоже приехали в Аверсу и присутствовали на праздничном пиру, который он планировал устроить 22 января. Карл Дураццо и Роберт Тарентский поспешили сообщить своим младшим братьям о приглашении короля, и вот вечером назначенного дня все члены семьи мужского пола собрались вместе на праздничный пир, завершение которого запечатлел для потомков Доменико да Гравина:
