Важный аспект верстки – баланс между размером шрифта и межстрочным интервалом. Чем крупнее шрифт и шире интервал, тем больше бумаги необходимо. А чем шрифт мельче и плотнее, тем ниже читабельность, – это хорошо подходит для студенческих «Донатов», но не для Библии, которая должна благословенно лежать на кафедре в соборе. Интервал, размер страницы и шрифта были заданы рукописным образцом. Но никто и никогда не печатал Библию ранее, никто не имел дела с таким большим количеством пергамента и бумаги, не оценивал стоимость такой работы и не знал, какая будет нагрузка, сколько требуется напечатать и какой будет прибыль. Анализируя эти аспекты, Гутенберг столкнулся с вечной дилеммой «цена – качество». Как сбалансировать эти два аспекта на фоне столь многих неизвестных?
Важный аспект верстки, над которым трудился Гутенберг, – баланс между размером шрифта и межстрочным интервалом.
Что ж, Иоганн Гутенберг совершил ошибку. Он выбрал 40 строк в столбце и начал печатать. Было напечатано уже около 180 экземпляров первых девяти разворотов (страницы 1–9 и 257—263), когда Гутенберг остановил прессы и выполнил повторные расчеты. Используя те же настройки, но немного уменьшая пробелы, он мог добиться большего количества строк на странице и экономии места. Но книга в этом случае рисковала выглядеть непрезентабельно. Тогда Гутенберг попробовал уменьшить пробелы – и на 10-й странице уместилась 41 строка. Текст выглядел прекрасно, и Гутенберг предпринял последний шаг – сделал 42 строки на странице, экономя 5 процентов от стоимости пергамента и бумаги. В результате появилось это прекрасное творение, известное как 42-строчная Библия, хотя на самом деле количество строк не везде одинаково.
Это возможное краткое описание процесса, о котором на самом деле ничего не известно. Последнее обстоятельство и является причиной того, что специалисты выстраивают различные версии. Эксперты изучили каждую точку, но споры продолжаются до сих пор, и каждый при этом полон уверенности в том, что именно он знает, когда, где и каким образом был реализован каждый прием.
После многих экспериментов появилось прекрасное творение, известное как 42-строчная Библия.
Поиски продолжаются. В декабре 2000 года американский ученый Пол Нидем, сотрудник библиотеки Шайде в Принстоне, поставил под сомнение всю теорию изготовления шрифтов методом штампования, основанным на использовании печатных форм. Шайде – филантроп, чей дед сделал состояние на нефти и собрал коллекцию ранних книг и рукописей, среди них – единственная Библия Гутенберга, находящаяся в частном владении, и папская булла 1456 года, напечатанная Гутенбергом для папы Калликста III, призывающая к крестовому походу против турок. Нидем пожелал изготовить факсимильный вариант буллы и вместе со своей коллегой в библиотеке Шайде, Джанет Инг Фриман, приступил к анализу каждой буквы, каждого знака, каждой лигатуры – чтобы точно установить, сколько элементов шрифта использовал Гутенберг. Это было трудной задачей, потому что, если рассматривать элементы в микроскопических деталях, видны незначительные изменения, вызванные, вероятно, случайным растеканием краски на плохо впитывающей бумаге или некоторым дефектом шрифта. Чтобы убрать этот типографский «шум», Нидем обратился за помощью к молодому компьютерному гению, Блезу Агуэра-и-Аркас, который создал программное обеспечение специально для ученого. И Нидем обнаружил нечто совершенно удивительное: после исключения всех случайных элементов оказалось не каких-то несколько видов каждой буквы – их были целые десятки. Например, буквы
Ученый Пол Нидем вместе с Джанет Инг Фриман приступил к анализу каждого символа, чтобы точно установить, сколько элементов шрифта использовал Гутенберг.
