— Найдет, конечно, но я хочу попытаться найти ее первым. Инициативу нужно оставлять в своих руках. Хотя бы для того, чтобы место для встречи поудачнее выбрать.
— И какое будет поудачнее?
— Там, где деревьев нет. На поляне. Чтобы дело пришлось иметь только с ней, а не со всем лесом сразу.
— Так, мож, вовсе в лес глубоко не заходить?
Кайлен помотал головой.
— Тогда она может не решиться выйти. Я все это потом еще раз всем объясню, когда собираться будем. Доделывай амулет — и приходи к нам в дом.
— Удачи вам, — пожелал Горан на прощанье.
— Нам всем, она нам всем сегодня понадобится.
Выйдя из кузницы, Кайлен не пошел сразу к дороге: он торопливо прошагал вдоль стены, завернул за угол, опустился на корточки и начал разгребать рукой снег. Дорывшись до земли, он расковырял ее перочинным ножом, насколько было возможно на морозе, и опустил в получившуюся ямку амулет.
— Пусть добро добром вернется, — тихо проговорил Кайлен вслух, снял перчатку, стащил с пальца одно из своих серебряных колец, бросил поверх амулета и, добавив: — На благо, — закопал ямку и приспал ее сверху снегом.
Метеоритное железо зачастую ржавело мало и медленно, но амулет уже сейчас начал, пока незаметно для глаз, рассыпаться в земле. Потом его следы и вовсе невозможно станет найти. А вот кольцо останется, и в нужный момент Горан его случайно откопает здесь, под стеной. Отдарок на подарок. А сила амулета, которой Кайлен не может воспользоваться, перейдет в остальные скованные Гораном, именно поэтому он его зарыл прямо под стеной кузницы.
Решение выглядело далеким от идеального, зато Кайлен его придумал быстро. Теперь можно было спокойно ехать к лесорубам.
— Впервые в жизни начинаю осмотр места преступления от сортира! — поделился впечатлениями Кайлен, осматривая следы на снегу.
— А я — не впервые, — похвастался Фаркаш богатым полицейским опытом. — Однажды мы и вовсе труп прямо в сортире нашли. А еще случай был, когда украденное в бачке ватерклозета прятали… всякое случается.
— Смотри, тут кровь, — Кайлен показал на снег перед собой. — И дальше вон туда след тянется. По снегу она волокла обоих, но пятна крови только на одном следе… Ну, плюс одно свидетельство к тому, что Космин может быть жив.
— Холодно…
— Если он ей нужен живой до сегодняшней ночи, он будет жив. А скорее всего, нужен. В деревню она войти не может, вот и забрала его про запас, чтобы на Солнцестояние у нее точно была жертва.
Они пошли по следу, и через некоторое время Шандор уверенно сказал:
— Здесь она остановилась и их обоих на снег положила. А потом второго понесла обратно.
— Скорее всего, не сразу. Потому что ночью тело никто не обнаружил. Ждала.
— Отнесла, вернулась, — продолжил изучать следы Шандор. — А потом потащила Космина дальше в лес.
— След прямой, — Кайлен вгляделся вдаль, приложив ладонь ко лбу. — Так что можно ее в той стороне и искать. Сильно далеко она его тоже вряд ли утащила, учитывая, что она все тела потом к человеческому жилью возвращает.
— Этим же путем пойдем?
— Нет, зайдем с дороги, так удобнее. Твое дело — вывести нас оттуда к нужному месту, хотя бы приблизительно. Ты лучше всех в лесу сориентируешься. Чем меньше времени пройдет с момента, когда мы зайдем в лес, до встречи с ней, тем лучше. А если мы при этом еще Космина найдем, будет совсем хорошо.
Собирались деловито и, по большей части, молча: надо всеми довлело напряжение момента. Кайлен на всякий случай еще раз объяснил — хотя все были понятливые — что идут они возвращать крылья. И это, в первую очередь, его личная задача, потому что он лучше всех знает, как это сделать правильно. Остальные помогают искать вилу и нужное место и служат поддержкой, на всякий случай.
Нападать на нее не нужно ни в коем случае, что бы ни произошло. А если она сама нападет, лучше всего убегать, причем рассыпавшись в разные стороны и по очереди отвлекая ее внимание. Передвигается она быстрее любого из собравшихся, но если начнет метаться, никого не догонит. Лучший способ отвлечь внимание — с размаху всадить нож в ствол ближайшего дерева, нож для этого есть с собой у каждого.
— А что, может напасть? — обеспокоенно спросил Ионел.
— Не должна, особенно до заката, — уверенно сказал Кайлен. — Но лучше быть ко всему готовыми, мало ли что.
На этом инструктаж был закончен и все занялись сборами. Кайлен, первым делом, решил переодеться: не только воротничок сменить, но и рубашку. «Как на свидание… — подумал он. — Хотя почему, собственно, как?..» Засевшая в голове еще со вчерашнего вечера «Siúil A Rún» беспрестанно вертелась в голове и в какой-то момент он неизбежно стал напевать ее под нос, повязывая галстук.
— Это латенская песня? — спросила подошедшая Мария.
— Нет, айрнская, с островов.
— Про что она?
— Про девушку, жених которой записался в солдаты-наемники и отправляется на материк, в Галлию, воевать. А она переживает и надеется на его благополучное возвращение. «Is go dté tú mo mhúirnín slán» означает «и пусть твой путь будет безопасным, любимый».
— Tu — тоже означает «ты»?
— Да, как в румельском. А «mo mhúirnín» — «мой любимый».