Я выживу, уговариваю сама себя. Ради Рины я готова на все.
В сознании тут же всплывает образ Исы. Будет ли он искать меня или вздохнет с облегчением? Нужна ли я ему? Я не знаю и боюсь узнать ответы на эти вопросы. Иногда мне кажется, что я нравлюсь ему, что он что-то ко мне испытывает, а иногда… Он убивает меня своим холодным безразличием. Мне казалось, что я готова это терпеть, бороться, но кажется, я слишком переоценила свои силы.
Но что теперь говорить…
Я выбрала совсем другой путь. Вдали от Исайи Иманова и своей дочери. Адиль прав, Исе нужна эта встряска, чтобы он понял, что может потерять. Он не один. На нем огромная ответственность в виде ребенка. Он и так первые два года уходил от нее. Хватит. Пришло время становиться отцом. Как жаль, что я этого не застану.
Время тянулось мучительно долго.
Я не могла сидеть в четырех стенах, мне нужно на свежий воздух. Я вышла из квартиры и побрела по тротуару. Я видела, что позади меня идет охранник, но не обращала на него никакого внимания. Я нашла уютный сквер и села на лавочку. Запрокинула голову к солнцу и глубоко дышала. Как продумано со стороны Адиля было забрать сим-карту. Хоть я и клялась, что звонить не буду… Но сейчас я больше всего хочу позвонить домой. Именно домой. Я была счастлива в том доме. Я любила.
Поздно вечером я возвращаюсь домой, я бы еще сидела, но мне стало жаль охранника. У меня такая апатия, ничего не хочется. Но я заставляю себя съесть кусок сыра, хоть вкуса и не чувствую. А потом иду в спальню и с головой накрываюсь одеялом. Молюсь, чтобы сон пришел как можно быстрее, чтобы сбежать из настоящего.
Просыпаюсь рывком. Понимаю, что лучше бы и не спала. Голова раскалывается жутко, глаза распухли, в горле пересохло, чувствую себя разбитым корытом. Я поворачиваюсь, чтобы обнять и поцеловать Ринку, а ее нет. В первую секунду меня пронзает страх, что она проснулась, а я не услышала, а потом реальность обрушивается на меня. Рина, скорее всего, еще сладко спит в кроватке. А я снова начинаю рыдать. Мне казалось, что я выплакала уже все слезы, но нет.
Время тянулось, словно жвачка приклеившаяся к подошве в жару. Прошло два дня, ничего не происходило, все серое и монотонное. А на третий день ко мне в квартиру ввалились незнакомцы с оружием…
Лера
Я только заварила себе чай, когда услышала какие-то странные звуки. Не знаю, что именно меня насторожило, но у меня по коже пошли мурашки.
Я вышла в коридор и похолодела. Внутри поселился какой-то животный ужас. Я поняла, что кто-то пытается взломать замок, чтобы зайти внутрь. Кровь начала шуметь в ушах, и все происходило, словно в замедленной съемке.
Несколько ударов сердца я просто стояла на месте, оглушенная происходящим. А потом словно кто-то вытолкнул меня в реальность. Мысли начали проносится в голове с бешеной скоростью. Что мне делать?
Я побежала обратно на кухню, трясущимися руками схватилась за нож. Удобней перехватила его правой рукой. А в другую руку я взяла только что закипевший чайник. Почему-то я была уверена, что там не мой охранник.
Боже, боже, боже…
Я больше ничего не успела, у квартиру вломились. Это однокомнатная квартирка, здесь нет места. Поэтому через пару мгновений на кухню вошли трое.
Это были огромные мужики. Они заняли собой все пространство. На их лицах появилась ухмылка, когда они посмотрели на мое “оружие”. Я сразу поняла, что моя попытка защититься провальная.
– Хочешь проверить, кто быстрее: ты или пуля? – пробасил один из них, целясь из пистолета мне в голову.
Я нервно сглотнула, из ослабевших рук выпал нож, а чайник я смогла поставить на стол.
– Верное решение, – хмыкает все тот же амбал. – Наверное, крашеная блондинка.
– А давайте проверим, – гадко улыбается другой. – Натуральная или нет.
Сердце уходит в пятки.
Только не это.
Я не переживу.
– Ты хочешь, чтобы босс отрезал тебе яйца? Вперед.
– Из-за какой-то суки? Дырка не сотрется, если мы втроем присунем. Давайте по-быстрому. Никто не узнает. Смотри, какая. Натягивать будет одно удовольствие. Хочешь, малышка? – берет себя между ног, недвусмысленно намекая на секс.
Меня начинает мутить. Если он дойдет ближе, меня стошнит прямо на него.
– Все, блть, завязывай, – пихает плечом ублюдка. – Совсем еб*нулся. Мы не насильники.
– Так она сама хочет! Засунь ей руку в трусы, эта сучка течет, сто процентов.
Я словно онемела. Я вообще не знала, как себя вести, что делать, что говорить. Надо ли вступать с ними диалог или нет?
Урод, что хочет меня изнасиловать, шагает ко мне. Кухонька такая маленькая, что мне некуда отступать. Я прижимаюсь спиной к холодильнику. Ручка больно впивается в мою спину, но я не смею пошевелиться.
– Дэн прав, Михей, не трогай девку. Босс четко дал понять, чтобы мы ее не трогали. Я не стану тебя прикрывать, мне мои яйца дороги.
– Я тоже не стану.
