Этот Михей останавливается и смотрит на меня голодным взглядом. А я просто стою в ужасе и не верю, что мы живем в мире, где мужчина плохо контролирует свои порывы. Даже если он и занимается незаконной работой, неужели грань стирается. Разве можно просто брать и кого-то принуждать к сексу?
Мужчина сплевывает на пол у моих ног и хватает меня за руку.
– Пошла вперед. Только откроешь рот, и я тебя зарежу, – говорит он.
А я чувствую, как что-то острое касается моего бока. Это место начинает жечь, он порезал меня.
Ноги совершенно не слушаются, трясутся, они словно чужие. Я медленно их переставляю, чтобы не запнуться и не налететь на чертов нож.
Я ничего не вижу и не слышу перед собой. Меня волочат вниз по лестнице. Я босиком. Выходим на улицу. Я глазами ищу машину охранника, она стоит на месте, но его там нет! А потом я приглядываюсь. Он там! Я думаю подать ему знак, но такое чувство, что он спит. А потом до меня доходит. Он не спит. Он мертв.
Я резко отворачиваюсь и смотрю перед собой. Господи, я же только вчера с ним говорила… Кусаю губы, чтобы не разрыдаться. Меня продолжают грубо вести вперед. Подъезжают два огромных внедорожника. Меня бесцеремонно забрасывают в один из них, и машина срывается с места.
Я не смотрю по сторонам, не пытаюсь запомнить дорогу – это бесполезно. У меня нет ни одного шанса выйти из этой ситуации. Я начинаю думать, что это был план Адиля изначально. Он сказал, что хочет, чтобы я умерла, но не сразу. В конце концов я умру, но долгой и мучительной смертью.
Я забилась в самый дальний угол и сжалась в комок. Старалась стать невидимкой. Меня не трогали, чему я была рада. Не знаю, сколько мы ехали по трассе, но через какое-то время машина остановилась. Я закрыла глаза, чтобы взять себя в руки.
Я старалась не думать о плохом. Я представляла Катарину. Вспоминала ее улыбку, ее запах, ее смех. Мне бы очень хотелось увидеть, как она будет расти, какой станет девочкой, девушкой, женщиной. Мне бы хотелось быть рядом с ней на каждом этапе становления ее личности. Я так сильно ее люблю, надеюсь, что она будет чувствовать мою любовь, даже когда меня не станет.
Исайя.
Самый сложный из всех людей, которых я знала. Жестокий, жесткий, сильный, ломающий волю и такой… Родной. Я влюбилась в него без оглядки. До него я даже не знала, что значит любовь женщины к мужчине. Я отдала ему всю себя, зная, что он не полюбит в ответ. Мне хватало крошек его внимания, простого взгляда, доброго слова, и я сияла от счастья. Жаль, что у нас не было больше времени. И очень обидно, что я так и не призналась в своих чувствах.
Надеюсь, что я сделала верный выбор и мои близкие будут жить…
Я услышала какие-то выстрелы и замерла. Распахнула глаза, но даже ничего не успела понять!
Дверь с моей стороны резко распахнулась, и меня выволокли на улицу. Тот самый Михей схватил меня за волосы и приставил пушку к моей голове.
А в нескольких метрах от нас стоял Исайя Иманов.
Исайя
Я двигаюсь на Адиля, хватаю его за горло, приближаю свое лицо к его. Чувствую, как под моими пальцами дергается его кадык.
– Ты знаешь, где Лера? – тихо спрашиваю, убийственно тихо.
– Да, – отвечает друг.
На секунду перед глазами все темнеет, накрывает чернотой. Я готов разорвать его голыми руками, но меня останавливает только то, что он единственный знает, где Лера.
– Говори, где она, и тогда умрешь быстро и легко.
– Ты не убьешь меня. Не сможешь, – заявляет Ад.
– Ты подверг Леру опасности. За это ты умрешь.
– Я подверг ее опасности? – с силой убирает мою руку. – Ты сейчас, блть, серьезно?
Отталкивает от себя. Злится.
– Ты думаешь, все, что произошло, моя вина? А ты ангел во плоти. Обидели мальчика, – изрыгает ехидство.
– Ты сейчас о чем?
– О том, что все это – следствие твоих действий, Исайя. Как ты думаешь, почему Аслан такой ох*евший? Потому что он думает, что девка твоя очередная ненужная п*зда, просто тебе нравится трахать ее в данный момент. А он может забрать игрушку, да, ты побушуешь, но перестанешь. Новую найдешь. Ты сам никак не обозначил Леру. Ты даже для себя ее не обозначил! А теперь стоишь и ищешь виноватых.
Я просто завис. Потому что мне нечем было парировать факты. Адиль прав. Я никак не обозначил Леру, я не дал понять, что она под моей защитой, что она моя. Я облажался.
– Но ты знал, – говорю я. – Знал, что она не просто баба.
– Я-то знал, а вот ты когда понял?
Да я тоже это знал. С первой секунды, когда увидел ее у Аслана.
– Все, не еб* мне мозг, Ад, где она?
– С ней все хорошо.
– Сука! Где она? – взрываюсь я.
– Ты мне веришь? – спрашивает в лоб.
Я молчу.
Адиль достает пистолет, взводит курок и вкладывает оружие в мою руку. Я обхватываю рукоять и приставляю оружие ко лбу друга.
– Если ты мне не доверяешь, пристрели на месте. Если веришь, что я причинил Лере вред – убей. Ты мой брат, Иса, я приму любой твой выбор.
Я шумно дышу.
Адиль – мой брат.
Но если бы я думал, что он причинил моей Лере вред, я убил бы его, не раздумывая.
Я поставил оружие на предохранитель и медленно отвел дуло от головы Ада.
– Я доверяю тебе, – говорю я.
