В поисках Малыша Оксана увидела Камчатку в истинном свете. В тот августовский день, когда она стала свидетельницей похищения, стояла теплая погода, в воздухе вкусно пахло маслянистой выпечкой. Утром Антон на коленях просил у нее прощения за связь с другой женщиной, клялся, что любит только Оксану. Она простила его. Вернувшись из института, забрала Малыша и поехала в центр – погулять у воды. Ей было легко. В сердце поселилась надежда. Даже на парковке, когда она застегнула ошейник и выпустила собаку из машины, город показался ей красивым. Ярко светило солнце, отражаясь от намытых капотов. Перед ней две девочки с ангельскими личиками сели в большую машину. Оксане казалось, что мир прекрасен.
Тех девочек больше не было. Антона тоже. Оксана их упустила и даже не заметила как. Если бы сейчас тот круглолицый детоубийца прошел мимо Катиной машины, она бы его не узнала. Разве его узнаешь? Он выглядел так же, как и все в этом ужасном месте. Оксана не видела ничего дальше собственного носа, и из-за этого случилась беда.
Когда она в последний раз говорила с Ряховским, следователь сказал, что дело закрывают. Оксана вздохнула:
– Почему? Вы уверены?
Тогда девушка запустила пальцы в густую шерсть своего питомца. Сейчас ей захотелось позвонить лейтенанту, но не для того, чтобы попросить о помощи, а чтобы сказать, что она все понимает.
Понимает. Надежды не осталось. За окнами машины очертания домов растворяются в ночном свете.
От адреналина, кипевшего в крови днем, не осталось и следа. Катя посмотрела в зеркало заднего вида, когда машина въехала на перекресток в микрорайоне, где жила Оксана.
– Уже поздно, – сказала подруга. – Где бы Малыш ни был, он наверняка уже спит. Может, и нам пора на боковую?
Катя повернула на Оксанину улицу и замедлила ход, объезжая ямы. Макс подхватил:
– Придешь домой, а там твой пес дожидается на лестничной площадке.
Бутылки, колесные диски, окна первого этажа – все виделось Оксане как белые пятна, которые могли бы быть Малышом, но нет, это не он.
– Хочешь, мы побудем с тобой? – предложила Катя.
– Нет, – ответила Оксана.
– Уверена?
Оксанино лицо – равнодушная маска.
– Да.
Машина катилась по улице на нейтральной передаче. У Оксаны на коленях зажужжал телефон. Она открыла его, посмотрела на экран и отключила звук. Макс повернулся к ней и вскинул брови, удивившись этому жесту.
– Антон? Все еще звонит?
– Думаешь, ты вправе задавать мне такие вопросы? Серьезно? – вспылила Оксана. – Поверь, пока я высматриваю на улицах тело моей собаки, у меня появляется все больше вопросов к тебе.
– Да я просто…
– Не сердись на него. – Катя встала на защиту возлюбленного.
Оксана ответила:
– Мне быть с ним повежливее?
– Пойми, он совершил ошибку. Ужасную, чудовищную! Он бы хотел, чтобы всего этого не было.
Оксана вперила взгляд в Катин профиль.
– Прекрасно понимаю!
Машина остановилась перед домом. Входная дверь зияла, как щель между зубов. Оксана вышла из машины, хлопнула дверью, а потом опять открыла ее. Зажглась лампочка, освещая Катю и Макса, этих роковых гостей, этих предателей. Они слушали, что она скажет, может, ждали приглашения подняться.
– Все, нашей дружбе конец, – заявила Оксана. – Катя, не пиши мне больше. Макс, я не буду с тобой обедать.
– Постой, – перебил ее Макс. – Я совершил ошибку, это целиком моя вина. Но… Катя ведь хотела помочь! Она-то тут при чем?
– Ты слышишь? – спросила Оксана. – Мне перефразировать, чтобы стало понятнее?
Макс с открытым ртом уставился на свою подругу. Она крепко вцепилась в руль обеими руками. Парень снова обратился к Оксане:
– Ты не шутишь? Лишаешь меня компании за обедом на работе – и ладно, но для Кати это пятнадцать лет дружбы!
– Тебя никогда бы не было в моем доме, если бы не она. Избавьте меня впредь от своих ошибок.
– Иногда ты бываешь настоящей сукой, – вмешалась Катя. Оксана не видела ее глаз и усмехнулась. – Мы же приехали помочь. Я понимаю, ты расстроена, но, если бы ты не была так сосредоточена на себе, ты бы увидела, что мы пытаемся помочь!
– Хороша помощь, нечего сказать! Я должна быть благодарна за то, что твой парень убил мою собаку?
Катя переключила передачу, мотор зашумел.
– Может, Малыш наверху. Хочешь быть одна – мы тебя оставим. Не понимаю, почему мне раньше это не пришло в голову?
– Да, теперь я точно буду одна, – ответила Оксана. – И все благодаря вам. Спасибо!
В подъезде было темно. На лестничной площадке никого. Дверь приоткрыта.
Оксана проскользнула в квартиру и позвала собаку. Малыш не вышел.
Она прижала руки к груди, телефон больно вжался в ребра, как наказание. Первая дверь открыта на лестничную клетку, вторая в квартиру. В доме тишина. В гостиной, не отнимая кулаков от груди, Оксана винила в случившемся одну себя. Сентиментальная! Столько лет себя перевоспитывала, старалась стать жестче, и все напрасно! Как была нюней, так и осталась. Она отгородилась от реального мира. Не заметила, как Голосовских похитили у нее из-под носа. Вложила всю душу в питомца, а он убежал…
