Прокуроры Гомеш и Магальяйнш э Менезеш отвергли любую идею предъявления обвинения, поскольку закон об оставлении требует наличия доказательств «умысла». «Родители, – писали они, – не могли предвидеть, что на курорте, на котором они решили провести короткий отпуск, жизнь кого-либо из их детей будет в опасности».
Прокуроры написали, что Макканны «верили, что все пройдет хорошо, как и в предыдущие вечера… в любом случае нет сомнений, что они присматривали за [детьми]…
Мы также должны признать, что родители уже заплатили тяжелое наказание – пропала Мэдлин – из-за отсутствия осторожности в присмотре за своими детьми и их защите».
Затем прокуроры перешли в философию. «Дело Мэдлин, – писали они, – не было полицейским романом, где удобный сценарий преступления, созданный для успешного расследования Шерлоком Холмсом или Эркюлем Пуаро, движимый иллюзией, что силам закона и порядка всегда удается восстановить справедливость, мир и спокойствие в обществе.
История Мэдлин Макканн – это скорее неумолимый и запутанный роман из реальной жизни. Реальная жизнь, повседневная жизнь, как правило, не отвечает правилам логики».
Прокурорам ничего не оставалось, кроме как закрыть дело. Они заявили, что, поскольку «не было никаких признаков совершения какого-либо преступления» со стороны Джерри и Кейт Макканн, их статус arguido должен быть отменен. Так должно быть и с Робертом Муратом, которого когда-то, казалось, что так давно, пресса пожирала в качестве главного подозреваемого. Дело было передано в архив, а протоколы расследования стали доступны общественности.
Однако это необязательно становится концом процесса. Если будут обнаружены новые доказательства, заявили Гомеш и Мегальяйнш э Менезеш, дело может быть возобновлено.
Но дело закрылось не для всех. Пресс-секретарь Макканнов Кларенс Митчелл сказал, что публикация отчетов португальской полиции вселяет надежду на прорыв. Он сказал
Между тем бывший глава португальского расследования Гонсало Амарал заявил, что написал книгу и ожидает возобновления дела «в любой момент». Джерри и Кейт подадут на него в суд за клевету по поводу книги
За все время расследования не было ни малейшего факта или доказательства, которые могли бы позволить обвинить родителей Мэдди. Однако они столкнулись с массой недоброжелателей и критиков. «Неприязнь к Макканнам, – писала романистка Энн Энрайт в
«Я начала не любить Макканнов раньше, чем большинство людей (я не горжусь этим). Я думала, что злюсь на них за то, что они оставили своих детей одних. На самом деле я была зла на их отказ признать, что их дочь, вероятно, мертва… Вина и отрицание – это эмоции, которые мы чувствуем от Джерри и Кейт Макканн, и они сводят нас с ума».
Энрайт, порядочный человек, позже извинилась за любой негатив, который ее статья могла причинить Макканнам. Написание этого, по ее словам, было для нее «эмоциональным путешествием, полным нюансов, противоречий и самоанализа». Текст, который она и
Позже, во время изучения графом Леверсоном этики британской прессы, Джерри Макканн сказал ему, что его семья «подверглась одним из самых сенсационных, неправдивых, безответственных и разрушительных репортажей». В конечном отчете о расследовании лорд Леверсон согласится с этим. Наряду с сообщением об исчезновении школьницы Милли Даулер и аресте для допроса учителя на пенсии Кристофера Джеффриса по подозрению в убийстве своего арендатора Левесон считал, что освещение дела Макканн является примером «наиболее вопиющих случаев неэтичного журналистского поведения».
