— Ты знаешь легенды, женщина! Человек, искупавшийся в сердце Лунного Огня, приобретает силу богов. Он может построить собственный мир, он может стать королем, лордом, мастером. Он может подарить своей божественной супруге дворец из бриллиантов с золотым пологом. Это правда, Алер? Ты слышала, как об этом говорили жрецы в храме?
— Да, правда, — ответила Алер.
— Новый мир, Алер, мир, принадлежащий только нам!
Брока с неистовой силой заработал веслом, и тайна Лунного Огня снова захватила Хита. Раз уж жрецы знали дорогу туда, почему они сами не стали богами? Почему никто из людей не возвращался оттуда, чтобы каждый убедился в их божественности? Вернулись только те, кто, подобно Хиту, прошли не весь путь.
А божественность была. Хит знал это, потому что сам носил в своей душе ее тень.
День тянулся бесконечно. Изумрудный парус подошел ближе.
К вечеру послышался треск перепончатых драконьих крыльев, и вся жизнь в водорослях замерла. Рептилии неподвижно застыли с неразгрызенными яйцами драконов в пастях.
Ни одна голова не высунулась на поверхность в поисках пищи. Шумная стая драконов спешила к своим гнездам. Внизу царила тишина.
Хит схватился за весло и остановил его.
— Тихо, — сказал он. — Смотрите туда.
Они повернулись. Далеко впереди по траве прошла рябь, такая рябь, словно все дно Верхних Морей пришло в движение.
— Что это? — прошептала Алер.
Увидев лицо Хита, она замолчала.
Рябь приближалась к «Этне» — лениво, нехотя, но очень быстро. Хит достал из кормового ящика гарпун.
Движение водорослей постепенно замедлялось, а затем и вовсе исчезло, как бы в замешательстве. Он швырнул гарпун настолько далеко, насколько позволяли его силы.
Вода заволновалась снова. Полоса ряби обогнула корабль и заторопилась туда, где упал гарпун, за корму «Этны».
— Они атакуют только то, что движется, — сказал он. — Они оставили нас, потому что мы стоим. Следите.
Травяной покров горбом выгнулся над водой и лопнул, лохмотья водорослей повисли на огромной чешуйчатой спине. Создание, по-видимому, не имело формы, голову его нельзя было различить. Это была просто громадная голодная чернота, распространявшаяся вверх и в стороны. Живность, не успевшая скрыться, была тут же проглочена.
— Что это? — снова зашептала Алер.
— Один из Стражей, — ответил Хит, — Стражей Верхних Морей. Идущий корабль они раздавят в щепки, а команду сожрут.
Он оглянулся на «Лахаль». Она не двигалась. Хитрый Бакор тоже почуял опасность.
— Мы должны ждать, пока Страж не уйдет.
Брока глядел на Хита. Лихорадка полностью овладела его телом, и теперь глаза варвара светились безумием. Он бормотал что-то бессвязное, можно было разобрать только «Алер» и «Лунный Огонь».
Внезапно он отчетливо сказал:
— Лунный Огонь без Алер — ничто!
Он повторил слово «ничто» несколько раз, стуча кулаками по коленям, затем стал озираться по сторонам, словно выискивая кого-то.
— Она ушла. Алер ушла. Она ушла к землянину.
Алер заговорила с ним, коснулась его тела, но он отталкивал ее. В его обезумевшей от лихорадки голове жила только одна мысль.
Он встал и пошел к Дэвиду Хиту.
Хит встал.
— Брока, — сказал он, — Алер рядом с тобой. Она не ушла.
Брока не услышал и не остановился.
— Брока! — закричала Алер.
— Нет, — сказал Брока. — Ты любишь его. Ты больше не моя. Ты смотришь на меня, как на пустое место. В твоих губах нет тепла.
Он тянулся к Дэвиду Хиту, он хотел лишь одного: рвать, топтать и уничтожать.
На тесной палубе места для маневра не оставалось, а драться Хит не хотел Он пытался увернуться от больного, но Брока прижал его к поручням. Волей-неволей Хиту пришлось защищаться, но от этого было мало проку. В бреду Брока не чувствовал боль.
Всем своим весом он придавил Хита к поручням, так, что чуть не переломил ему спину, и руки варвара потянулись к горлу Хита. Хит бил и отпихивал Броку, с отчаянием понимая, как глупо умереть в бессмысленной ссоре из-за женщины.
Вдруг он почувствовал, что Брока, выпустил его и сползает на палубу. Затуманенные глаза Дэвида увидели Алер, стоявшую рядом с поднятым шкворнем. Он вздрогнул — то ли от неожиданности, то ли от злости — злости на себя самого, которому в драке потребовалась помощь женщины. Брока неподвижно лежал на палубе и тяжело дышал.
— Спасибо, — коротко сказал Хит. — Плохо, что ты его ударила. Он не соображал, что делал.
— Разве? — невозмутимо спросила Алер.
Хит не ответил. Он хотел отойти, но она схватила его за плечо, вынуждая взглянуть на нее.
— Вполне возможно, что я умру в Лунном Огне, — сказала она, — у меня нет такой веры в свои силы, как у Брока Поэтому я скажу тебе сейчас: я люблю тебя, Дэвид Хит. Мне все равно, что ты подумаешь об этом и нужно ли тебе это, но я люблю тебя.
Она пристально вглядывалась в его лицо, как будто хотела запомнить каждую черточку.
Затем она поцеловала его. Губы ее были нежными и очень сладкими.
Она отступила и спокойно сказала:
— Мне кажется, что Страж исчез. «Лахаль» снова на ходу.
Хит молча последовал за ней на корму. Ее поцелуй горел в нем, как сладкий огонь.
Хит дрожал и был совершенно растерян.
