— Похоже, Бакор ненавидит тебя не только за побег.
Лицо ее скривилось от отвращения и стыда.
— Он зверь, — прошипела женщина, — змея, ящерица, возомнившая себя королем.
Затем она добавила:
— Он очень рад, что мы все трое здесь.
Управляя рулем, Хит смотрел на Алер с некоторым любопытством. Длинноногая, с детским ртом, она стояла и рассматривала белую пену, крутившуюся за кормой.
— Ты, видно, очень любила Броку, — сказал он, — если нарушила свой обет ради него. Это примут во внимание, если поймают тебя.
Алер взглянула на него и невесело усмехнулась.
— Я ушла бы с любым мужчиной, достаточно сильным, чтобы вытащить меня из храма. А Брока силен и преклоняется предо мной.
Хит был искренне поражен.
— Ты не любила его?
Она пожала плечами.
— Он приятен на вид. Он вождь воинов, он мужчина, а не жрец. Но любовь».
И вдруг Алер спросила:
— Какая она, эта любовь? Как ты любил свою Этну?
Хит дернулся.
— Что ты знаешь об Этне? — резко спросил он.
— Ты говорил о ней во сне. И Брока рассказывал, как ты вызывал ее тень у Карлуны. Ты рискнул пойти к Лунному Огню, чтобы вернуть ее назад.
Она бросила взгляд на костяную фигуру на костяном носу корабля — изображение молодой, стройной, улыбающейся женщины.
— Я думаю, ты дурак, — неожиданно закончила она. — Только дурак может любить призрак.
Она ушла в кабину раньше, чем он успел подобрать нужные слова, раньше, чем он собрался схватить ее за белую шею и сломать…
Этна!
Он проклял женщину из храмовых садов.
Он все еще находился в состоянии ярости, когда Брока вышел из кабины, чтобы сменить его.
— Я останусь тут на некоторое время, — коротко сказал Хит. — Думаю, погода переменится.
На юге кипели облака, наступала ночь. По морю, как всегда, бежала легкая зыбь, но что-то в море изменилось: странная дрожь сотрясала киль корабля, и доски палубы жалобно скрипели.
Брока, распрямив широченные плечи, посмотрел на юг, а затем перевел взгляд на Хита.
— Я думаю, ты слишком много болтаешь с моей женщиной, — сказал он.
Не дожидаясь ответа, он положил руку на плечо Хита и слегка сжал его. В этой руке хватило бы силы, чтобы переломать все кости взрослому мужчине.
— Не разговаривай так много с Алер.
— Я не ищу ее, — разъяренно рявкнул Хит. — Она твоя женщина, ты и заботься о ней.
— Я забочусь не о ней, — спокойно возразил Брока, — а о вас обоих.
Он смотрел на Хита сверху вниз, и Хит знал, какой контраст они представляли: его тощее тело против великолепной мощи крупного варвара.
— Однако она вечно с тобой на палубе и слушает твои россказни о море, — продолжал Брока. — Не разговаривай с ней так много.
На этот раз он повторил это резким тоном.
— О господи! — насмешливо сказал Хит. — Неужели я такой придурок, как ты? Тот, кто ищет Лунный Огонь и верит храмовой девке, — безнадежный тупица. А ты еще ревнуешь!
В этот момент он остро ненавидел обоих, и ненависть заставила его продолжить:
— Подожди, пока тебя коснется Лунный Огонь. Он сломает твою силу и твою гордость. После этого тебя не будет тревожить, кто и где болтает с твоей женщиной.
Брока бросил на него холодный, задумчивый взгляд и отвернулся, разглядывая темневшее море.
Через некоторое время до Хита дошла смешная сторона всего происходившего, и он захохотал.
Они шли к смерти втроем. Откуда-то с юга, как черный пастух, надвигался Бакор и подгонял их к смерти. Мечты об империи, о славе, путешествие, влекущее за собой месть богов, — ив такое время варварский вождь вздумал ревновать!
Неожиданно Хит с удивлением осознал, как много времени проводила с ним Алер. По привычке и по старому, как море, обычаю, он помогал ей проводить долгие тревожные часы ожидания матросскими байками. Оглядываясь назад, он видел лицо Алер, внимающей его рассказам, удивительно молодое и радостное, вспоминал, как она задавала вопросы, желая научиться управлять судном.
Он вспомнил теперь, как красива она была, когда ветер путался в ее волосах, вспоминал ее крепкое, сильное тело, когда она удерживала «Этну» в равновесии при повороте.
Гроза собиралась долго и наконец разразилась.
Хит знал, что Море Утренних Опалов не пропустит их без борьбы. Оно будет донимать суденышко мелями, острыми рифами, мертвым штилем, грохочущими приливами, всеми Хитростями течения, туманом и дрейфующей травой. Он должен со всем этим бороться. Теперь они подошли совсем близко к Драконьему Горлу, воротам Верхних Морей, и если сейчас налетит южный ветер, он принесет с собой смерть.
Ночь стала черной. В море переливались белые сполохи — кипящий котел ведьмина огня. Устрашающе заревел ветер. «Этна» со спущенным парусом ныряла в высокие волны, тряслась, и Хит еще раз порадовался силе Брони, когда они вместе боролись с непослушным кормовым веслом.
Он почувствовал, что рядом с ним кто-то есть, и понял, что это Алер.
— Иди вниз! — крикнул он.
Он услышал только эхо ее ответа. Она не ушла, а навалилась всем своим весом на весло.
