- Тебе и не нужно. Ты хочешь идти на свет? Я буду им для тебя. - девушка отстранилась и вытерла слезы тыльной частью ладони. Хорошо. Он может сказать ей “нет” сегодня. И завтра. Но навсегда сказать “нет” она не позволит. Если ему нужно было время, чтобы прийти в себя и быть равным, - Рей могла дать ему сколько угодно такого времени. В конце концов, она ждала, искала его всю свою жизнь, и сможет подождать ещё. Её юность и любовь позволяли ей это.
- Ты хочешь мотивацию, чтобы встать на ноги, - я буду мотивировать тебя. Каждый чертов день, Бен Соло, я буду взлетать все выше, звучать громче. Мои успехи будут твоим маяком, по которому ты, сквозь свои невзгоды, найдешь путь обратно. К своей вершине.
- Ты и есть моя вершина. Я глупо пытался взобраться на Эверест…
- и даже не заметил, как он был покорен тобой, да? - тихо улыбнулась Рей. Они улыбнулись как два заговорщика. В конце концов, именно в этом кабинете он её и покорил. Когда поцеловал разбитые колени, а потом забрал себе. Навсегда.
- Я ужасно, ужасно не хочу отпускать тебя, Рей, - признался мужчина, - и каждую чертову секунду своей жизни я буду хотеть вернуться побыстрее. Обещаю, я сделаю это. Только это желание позволит мне встать на ноги. Я вернусь за тобой, Рей.
- Я все еще должна тебе танец…
- И за ним я тоже вернусь. Даю слово, Рей.
Девушка кивнула. Но руку его не отпустила.
- Ты всегда держал слово, Бен. - она сказала это так легко, подтверждая свою веру в него. - Но даже не надейся, что сегодня я уйду. Сегодня я останусь с тобой столько, сколько нужно. Пока рассвет не сожжет эту комнату, ты не будешь одинок в эту последнюю ночь в клинике. Садись поближе, Бен. Я хочу рассказать тебе историю, как из пепла одного города однажды выросла целая Империя. Просто потому что один человек так захотел. Ну же, Бен. Иди сюда.
Так они и встретили рассвет. Девушка, рассказывающая старую как мир сказку о том, что сила может победить все. Мужчина, который устроил голову на её коленях и слушал, рассматривая острый подбородок Рей и её забавно вздернутый нос. Он не знал, рассказывала ли она по памяти или разматывала перед ним сюжет новой книги, но было все равно. Звук её голоса гипнотизировал.
- Я очень люблю тебя, - почти сонно, очень устало, пробормотал мужчина, не отрывая от Рей взгляд.
- Да, Бен. И эта Сила…пребудет с тобой всегда.
*если вдруг вы забыли, то напомню, что Колесо Фортуны, изображенное в Burana Codex, имеет четыре надписи, помещённые на ободе колеса и образующие стих: «Regnabo, Regno, Regnavi, Sum sine regno». Sum sine regno - я без царства.
***
Наверное, ничто не дается тяжелее, чем предпоследняя глава истории.
И нет больше радости, когда ты осознаешь силу своих персонажей, которые вначале были совершенно иными.
Всегда немного не по себе, когда эпилог так близко, но в этот раз… в этот раз я немного рада, ведь уже немного устала читать все эти книги по медицине - от шутливых “А может они нам не враги” до фундаментальных. Ближайшие три месяца точно не приближусь к ним)))
Ну и ВДРУГ вы не заметили - наша с бетой новая история уже ждет вас здесь - https://ficbook.net/readfic/9875381
Нужно просто выключить свет, и да начнется шоу:)
Всем прекрасных выходных и Кир Рояля
========== Ремиссия ==========
Champagne Taittinger Brut Réserve состоит на 40% из шардоне, на 35% из пино нуар и на 25% из пино менье. Знаменито тем, что чаще всего подается во время ужина нобелевских лауреатов.
Стокгольм. 4,5 года спустя. 10 декабря.
- Я очень сильно обязан своему деду, ведь он дал мне призвание. В том возрасте, когда другие играли в “Лего”, я точно знал, что стану нейрохирургом, хотя даже не понимал еще, кто это. Просто хотел быть как человек, который научил меня ходить, разговаривать, а впоследствии и оперировать. Быть внуком Энакина Скайуокера - это гордое, но и тяжкое бремя. Такую планку сложно превзойти, если ты не олимпийский чемпион по прыжкам в высоту, или если в тебя не верят. Я здесь не потому, что хороший врач. В мире много первоклассных хирургов. А потому, что вера одного человека в меня изменила мою жизнь. И я эту веру хотел оправдать, что и привело меня сегодня сюда.
Бен, начавший свою банкетную речь довольно сухо, традиционно, неожиданно вплел в последние слова столько не протокольной искренности, что многие в зале переглянулись. Никто не ожидал от обычно сдержанного человека, который и медаль-то свою из рук короля Густава принял с едва заметной улыбкой, столь сильных слов.
Мужчина, стоящий на лестнице Голубого зала городской ратуши и завершающий традиционную речь, смотрел на девушку, которая сияла, хоть и находилась довольно далеко. У неё не было на голове диадемы как у особ королевской крови, сидящих рядом. Не было титула, не было прошлого, не было голубой крови, но из всех собравшихся она была единственным важным здесь человеком для Бена Соло. И он смотрел, не отводя взгляд. Думал - даже сейчас, в важнейший момент своей жизни - не о том даже, как она хороша собой, а о том, что Рей всегда, всегда держала слово.