- Агент Рей – тот ублюдок, помнишь? – поморщился мужчина. – Пригласил на встречу.
- И что ты будешь делать?
- Поеду, конечно.
- Нет, в целом, что ты будешь делать с агентом?
- Но… это же не мой агент, не мое дело, Кардо. - Лицо Бена выражало удивление от столь глупого вопроса. Что он должен был делать? Вмешиваться в карьеру Рей - было последним из желаний. Это не правильно, не этично и не профессионально, что ли.
- Бен, ты… ты идиот? Значит, девочка – твое дело, а ублюдок агент – нет? Как ты видишь отношения с ней? - Голос лучшего друга, который уже сосредоточился на плохо освещенной дороге, был полон язвительности. - Вы приходите домой после работы, закрываете дверь и трахаетесь? А остальное тебя, вроде как не касается, не волнует, что у неё проблемы? Так это работает в твоей голове? Нет, серьезно?
- Я же не могу влезть в её работу. - Просто ответил Бен, щурясь. Снег летел в лобовое стекло с такой скоростью, что невольно хотелось увернуться. Он вспоминал свои предыдущие отношения. Начальник-самодур или кретин был в этом мире отнюдь не новостью. Его подружки часто жаловались, но это же не был не повод вламываться к ним в офис и решать проблемы. Работа всегда была личным делом каждого. Чем-то, на что можно жаловаться, лежа в кровати, но… разве нужно было что-то менять?
- Влезть – нет. Она же не может за тебя операцию проводить, но поддерживать тебя может. И ты можешь. Ты же не книгу за неё писать будешь. Подумай, Бен. Ты либо щит, либо идиот.
- Я – не идиот, – огрызнулся Бен. Да сколько ж можно-то, в самом деле?
- Пока идиот. - Тяжело вздохнул Кардо. Его удивляло, как Бен, не раз подчеркивающий, как Рей отличается от всех других, не видел разницу между её проблемами с агентом и проблемами его бывших. - Правда. Но ты же можешь все исправить. Если это тебе нужно.
***
Бен едва себе челюсть не вывихнул от очередного зевка. Отпил невкусный, холодный кофе и задумался: какая нелегкая угораздила его ассистентку согласовать встречу с Ункаром Платтом на восемь утра? Затем вспомнил, что время с восьми до девяти было единственным свободным, ведь после обеда предстояло проводить операцию.
Встреча с мерзким агентом Рей шла скучно, и Бен сердился на непродуктивность и потраченное время. Вот уже полчаса человек, который вызывал отвращение, рассказывал ему о книге, что неожиданно решила написать девушка, и об ажиотаже, который поднялся вокруг сюжета из-за рассказа. Говорил, что не ожидал, что Рей сама себя превзойдет по скорости, красоте сюжета и замыслу. Сказал даже, что ввиду её диагноза книга о докторе вызывает интерес, но главное, конечно, - её персонаж. Кайло Рен.
Ункар многозначительно хмыкнул, а потом продолжил. Сказал, что после той статьи все гадают, о нём ли, Бене Соло, книга, или посвящение - просто посвящение кому-то. Напомнил, что после грандиозного скандала самому доктору тоже не помешает подправить свою репутацию. Словом, вся беседа сводилась к тому, что человек, который сам же и затащил его в скандал, желал сотрудничать. Хотел, чтобы он пару раз засветился с его подопечной. Не явно как пара, конечно, книга же должна выйти только в конце весны, но интерес поддерживать нужно сейчас, пока он жив.
Бен, ожидавший чего-то подобного, не спешил посылать Ункара с его дурацкой идеей куда подальше. А вдруг Рей и правда это нужно? Если так, он бы согласился на эти фальшивые свидания ради того, чтобы они стали настоящими. Мог бы даже подавить отвращение к игре на публику, которую с детства ненавидел из-за матери. Он ещё помнил, как должен был быть хорошим мальчиком в галстуке-бабочке и улыбаться на камеру, когда не соображал ничего. Но это было не важно, если Рей сама хотела играть по таким правилам.
Бен в который раз посмотрел на часы. Мнение самой Рей пока никак не удавалось узнать, покуда её не было. Агент пару раз набирал её и даже пробормотал, что с ней всегда сложно. Мужчина не ответил. Смотрел на фото девушки, стоящее у агента за спиной. На нём Рей счастливо улыбалась с Букеровской Премией в руках. Премией, которая разрушила её идеальные отношения.
- Вовремя ей ишемию диагностировали, да? – очень медленно спросил Бен, когда Ункар, в который раз мимолетом обронил, что, покуда ещё не улегся ажиотаж вокруг энцефалопатии Рей, нужно «ковать железо». Бену хотелось вковать этому Ункару пару раз по роже. Он даже удивился. Обычно у него таких желаний не возникало, а тут поди же – вторая встреча, и тот же порыв. Бинго.
Агент не ответил – дверь распахнулась, и в кабинет, наконец, вошла Рей, на ходу заканчивающая разговаривать по телефону, снимающая шапку и пытающаяся не пролить на себя кофе из Старбакса. Девушка, не переставая угукать в трубку, коротко кивнула и села на стул подальше и от Бена, и от Ункара.
- Ты опоздала, милая, - когда она, выдохнув, закончила беседу, холодно сказал Ункар. Рей, бросившая свою куртку, блестящую от снега, на соседний стул, пожала плечами. Темные очки снимать не стала. Бен вздохнул. Плохой знак. Что скрывала она под этими черными стеклами? Свою горечь или то, что под очередной дозой кокаина?