Танки взялись за уничтожение ложноножек, которые тянулись к рейду. Рубили и кололи их с видимым трудом, эти штуки оказались крепче, чем выглядели. При попадании щупальца падали на землю, а слизь из них собиралась в упругие, подобные ртути капли и начинала медленно стекать обратно к основной массе.
Но атаки по щупальцам наносили такой же урон, как и удары по центральной массе, плюс убирали угрозу захвата. И что самое приятное, тонкие отростки содержали мало слизи для ответной реакции гниения.
— Переключаемся на щупальца! — скомандовал, подкрепляя слова делом.
Какое-то время тактика работала. С каждым отрубленным щупальцем мы отрывали ещё кусок от основной массы. Здоровье босса медленно, но неуклонно ползло вниз. Оторванные сгустки слизи всё равно устремлялись обратно к телу, но процесс занимал время.
Вскоре стало ясно, что любые способности наносят одинаковый урон, механика «почти полного иммунитета» работала как часы. Как только понял это, рейд смог переключиться на самые быстрые атаки и забыть о сложных приёмах.
Несколько человек получили удары щупалец и вмиг ослебевшие упали на землю с дебаффом Губительное прикосновение, который снижал силу на 75% на двадцать секунд. В какой-то момент псевдопод схватил Корвина и потянул к основной массе, но щупальце быстро отрубили, а удар ближайшего клинка вырвал танка из хватки.
Пока всё шло по плану, но я не верил, что так просто завалить босса. И оказался прав.
Когда его здоровье упало до семидесяти пяти процентов, Кислотный Пожиратель резко втянул все щупальца. Пауза длилась секунду, прямо тишина перед бурей, затем с булькающим грохотом из существа вылетела огромная ложноножка размером с бревно и обрушилась на Корвина, вдавив того в землю, и втянулась назад, унося с собой танка. Его засосало в центр прозрачной массы, где он слабо забился с ужасом, застывшим на лице. Поглощение — самая мерзкая способность слизи.
У Корвина хватило ума держать глаза закрытыми и не дышать, но лицо уже багровело от недостатка кислорода. Полупрозрачная кислотная масса вокруг него сгущалась, становилась непрозрачной. Слизь концентрировалась для ускорения переваривания.
Дёрганья бедняги замедлялись, густая слизь стала слишком плотной, чтобы двигаться. Несмотря на барьеры, которые постоянно обновляла поддержка, доспехи начали растворяться.
Быстро прикинул по аналитике — убить босса до начала переваривания плоти Корвина точно не успеем. Оставалось только надеяться, что целители сохранят ему жизнь, а шрамы… Что ж, шрамы заживут.
Горько выругался, от злости пнул ближайший комок слизи, который полз к основной массе, и замер, нахмурившись.
Кусок слизи шарахнулся от моей ноги как от огня.
Что за хрень?
Продолжая стрелять, попробовал наступить на вязкую массу. Она снова отпрыгнула, а кусочек, застрявший под подошвой, отчаянно извивался, пытаясь вырваться.
На остальных участников рейда слизь подобным образом не реагировала. Более того, видел, как Харальд ругался и отчаянно отскребал липкий ком с ноги; тот приклеился намертво и тянулся обратно к боссу.
Если подумать, ни одно щупальце за мной не гналось за всё время боя.
Ткнул в слизь ещё раз; та снова шарахнулась, и на мне замерцал эффект статуса, тут же исчезнув.
Нахмурился ещё сильнее и, повинуясь внезапному импульсу, прыгнул прямо к основной массе Кислотного Пожирателя. По идее, я должен был врезаться в неё лицом, но вместо этого вся масса растеклась вокруг меня, образовав идеальную полусферу чистого пространства, как будто попал в защитный пузырь внутри монстра.
Эффект статуса появился снова и остался.
Порча. Вы отравлены ядом Проклятого Кетцаля, который стал опасным из-за близости к другой форме порчи. Дриада, ослабевающая сила которой борется за вашу защиту. Таймер: 23 часа 59 минут 43 секунды.
— Вот оно что! — осенило меня. — Лорея! Вот почему слизь меня боится.
Это меняло всё.
Чёрт!
Как бы угрожающе это ни звучало, сейчас не до философии. Моё проклятие до чёртиков перепугало долбаного Кислотного Пожирателя, предоставив Корвину единственную надежду выжить.
Поэтому, надеясь, что не творю дичь вселенского масштаба, я нырнул прямиком в мерзкую слизь.
Чудовище отступало от меня, пока я не оказался внутри монстра. Благодаря этой реакции удалось добраться до центра и освободить товарища из кислотных объятий монстра.
Корвин рухнул на землю, хватая воздух ртом и судорожно делая первый нормальный вдох за последнюю минуту. Его дешёвая кожанка превратилась в лохмотья, одежда под ней в клочья, а открытая кожа покраснела, словно он полдня жарился на пляже в Сочи.
— Твою мать! — выдохнул боец. — Твою ж мать, твою мать…
Он скрутился калачиком и блеванул прямо на землю. Кислота, видимо, не только снаружи действовала, но и изнутри тоже здорово припекала.
Подставил потрясённому мужику плечо, приняв на себя большую часть его веса, и вытащил из тела твари. Едва поставил танка на твёрдую землю, развернулся и снова взялся за лук, поливая гада стрелами.
