Вот дерьмо! Такое говорят только разумные твари, а они в разы опаснее обычных животных. Кетцаль рванул к Лили, наконец сообразив, что она и есть основной источник урона. Умная сволочь!
Лили отскочила в сторону с грацией балерины, но я видел, она тоже на пределе. Пот ручьями стекал по её лицу, дыхание сбилось. Впервые за всё время увидел, что она по-настоящему выдохлась.
С угрожающим шипением босс взмыл в воздух на четырёх крыльях, размах метров двадцать, не меньше. Видимо, набирал высоту для пике. Классическая тактика хищных птиц, только эта «птичка» весила тонн пять, и могла раздавить человека одним ударом.
Пока змей гонялся за Лили, остальные могли лишь беспомощно отстреливаться. Мы с Кариной продолжали засыпать его стрелами и ледяными иглами, но урон был слабым. Броня ещё та!
Здоровья у босса оставалось уже 10%. Почти добили!
Лили удалось увернуться от скользящего удара массивного хвоста, но едва-едва. Щит Харальда мерцал вокруг неё синим светом, блокируя часть урона. Она перекувыркнулась в воздухе и приземлилась на ноги, как кошка, тут же выпустив новую порцию стрел.
Боги, как же она красива в бою! Смертельно красива!
Тут интерфейс мигнул красным. Опасность! Резко повернулся туда, где сражались клинки. Эйнар лежал придавленный хвостом змея, вокруг него растекалась чёрная жижа, а полоска здоровья таяла на глазах. Остальные бойцы пытались его вытащить, но тварь прижала крепко.
— Карина! — рявкнул я, указывая пальцем.
Она мгновенно поняла начала творить исцеляющее заклинание. Отлично, соображает быстро.
Кетцаль тем временем распахнул пасть, преследуя Лили. Зубы как сабли, а глотка чёрная, словно портал в ад. Аспид явно намеревался проглотить её целиком. В прошлой жизни я насмотрелся документальных фильмов, где анаконды точно также заглатывают крокодилов.
Сейчас Лили выкладывалась по-настоящему: пот градом, лицо перекошено от напряжения, но держалась. Скорость у неё обычно как у гепарда, но даже гепарды имеют свойство уставать.
Попробовал Искру для отвлечения… Не прокатило. Оставалось только долбить урон. Пустил Взрывную стрелу по земле рядом с тварью, авось споткнётся от сотрясения.
А вот это сработало! Гигантский змей с грохотом врезался мордой в землю, но его кольца обвились вокруг Лили, заперев её в стальных объятиях. Змеиная голова поднялась, глаза горели торжеством. Тварь радовалась, что поймала добычу.
— Убей его! — заорал я, голос сорвался от напряжения. — Фаза горения! Всё что есть!
Все способности в ход, весь урон сейчас или никогда!
Лили попыталась перепрыгнуть через сжимающиеся кольца, но змеиная голова преградила путь и ударила её по спине. Кунида в отчаянии выхватила боевой нож и вонзила его в шкуру твари, проворачивая лезвие. Монстр сдавливал её всё сильнее, и я видел, как молочно-бледная кожа начала синеть от удушья.
1% здоровья у босса. Остались секунды, не больше.
Защитные барьеры мерцали вокруг Лили, исцеление лилось на неё потоком, но кольца сжимались неумолимо. Весь рейд бил в змея всем, что у кого было: стрелы, заклинания, клинки. Я выпускал стрелу за стрелой, пальцы кровоточили от тетивы…
И тут Лили обмякла. Голова упала на бок, глаза закрылись. Последний хриплый выдох — и тишина.
Сердце её остановилось. Всё остановилось.
В следующую секунду колоссальная тварь забилась в конвульсиях. Крылья молотили по земле, кольца ослабли, и змей рухнул замертво.
Интерфейс выдал сообщение:
Поздравляем, вы победили рейдового босса Проклятого Кетцаля! Получен опыт, 50 000 единиц.
Выполнено ⅗ для достижения 'Защитник Бастиона: Убить 5 монстров рейдового уровня.
Получены трофеи: Радужное оперение ×4, Голова крылатого змея ×1, Мерцающая чешуя ×6.
Задание обновилось.
Последняя Песнь: положить конец страданиям Осквернённой Дриады. Госпожа Лорея умоляет вас уничтожить Белого Исполина в руинах Светолесья. Вы убили чудовище, оскверняющее великое древо, ужасного Проклятого Кетцаля. Цель открыта.
Плевать интерфейс! Я бросился к Лили, разгребая безжизненные кольца. Пальцы нащупали пульс на шее. Слабый, но есть! Грудь поднималась и опускалась. Дышит!
Задыхаясь от облегчения, поднял её на руки. Плевать на слабость в ногах, плевать на боль, главное — она жива, и это единственное, что важно.
Отнёс Лили на чистое место, подальше от чёрной гнили, разлитой по лугу.
Целители ходили среди раненых, проверяли пульс, приводили в чувство кого могли. Я сел, положил голову невесты себе на колени, гладил по горящему лбу. Всё тело ломило, нога пульсировала болью, в груди першило от ядовитых испарений.
