— Совершенно верно, — кивнул Уилер. — Но ты мне ничего не говорил.
— Макинтош? — недоверчиво уставился на него я.
— А кто же еще? Он был слегка пьян и все мне разболтал. Правда, потом он спохватился и замолчал, но мне было вполне достаточно и того, что он успел сказать. Мы обсуждали с ним тюремную реформу, — довольно потер он руки, — так что все вышло как бы само собой.
Я был потрясен. Неужели Макинтош мог напиться и совершить такую глупость? Но ведь я точно знал, что он не был ни пьяницей, ни болтуном. Значит, он сделал это умышленно. Но зачем?
— Макинтош мертв, — сказал Уилер, — я об этом позаботился, когда убедился, что ты под надежной охраной в Ирландии. Но эти клоуны из ИРА тоже всего лишь жалкие любители, они упустили тебя. Теперь ты снова у нас, и нам больше не нужно волноваться.
Меня пробил озноб. Я чувствовал себя преданным и всеми забытым, я потерял опору. Слова Уилера звучали вполне убедительно, однако предательство Макинтоша все равно не укладывалось в моей голове.
— Лодку не нашли, — вывел меня из размышлений грубый голос вернувшегося шкипера.
— Может быть, ты и не врешь, — сказал Уилер, вставляя в свой длинный мундштук новую сигарету. — Нужно разместить их по разным каютам. Что ты предлагаешь? — обернулся он к шкиперу.
— Слейда можно оставить в его каюте, — сказал тот.
— Но приковать наручниками к койке, — заметил китаец, — и поставить у двери охрану. И нужно сделать так, чтобы он не шумел.
— Хорошо, — согласился с ним Уилер. — А как поступим со Стэннардом?
— Поместим его в кубрик на носу, — сказал китаец. — Там стальная переборка и водонепроницаемая дверь. Ему оттуда не выбраться.
— Придется отложить твой допрос до отплытия, — сказал мне Уилер. — Твои вопли могут услышать на берегу. Кстати, не тебе ли мы обязаны проблемой с гребными винтами?
— А что, они отвалились? — усмехнулся я.
— У тебя завидная выдержка! — заметил Уилер. — Шутить перед лицом смерти — очень по-британски. Уведите его!
Меня вытолкали на палубу. В глазах Слейда я успел заметить отчаяние. Его лицо посерело. На палубе уже зажгли огни, и я увидел в руке одного из охранников пистолет. Второй охранник мертвой хваткой вцепился в мой локоть. Внезапно раздался негромкий хлопок, и матрос справа от меня вскрикнул и выронил пистолет. Раздался еще один хлопок, и мой второй конвоир споткнулся и ослабил хватку, как бы нехотя опускаясь на колени. Я обернулся и увидел у него посередине лба маленькую дырочку, из которой струилась кровь.
— Прыгай же, идиот! — крикнула мне Алисой, и я прыгнул через поручни, раскинув руки и ноги. Войдя со страшным всплеском в воду, я услышал, как легко и ловко нырнула следом за мной Алисон.
Я нащупал ее ногу, она извернулась в воде и схватила меня за запястье. Я потянул ее за собой, увлекая под киль яхты: нас наверняка стали бы в первую очередь высматривать с того борта, с которого мы спрыгнули. Нам едва хватило воздуха, чтобы под водой проплыть под «Артпной» и вынырнуть с другой стороны у кормы, высунув наружу только нос и рот.
Отдышавшись, я прислушался: с палубы доносились голоса и топот ног.
— Плывем к причалу, — шепнул я Алисон. — Встретимся на прежнем месте.
Отплыв под водой на приличное расстояние, я снова вынырнул и взглянул на «Артину». По воде шарил луч прожектора, но не в нашем направлении. Я снова нырнул и, как оказалось, вовремя: над моей головой промчался катер. Я еще трижды выныривал, прежде чем достиг берега, или, точнее говоря, длинного ряда яхт, пришвартованных к причалу.
— Что это за шум среди ночи? — услышал я над собой чей-то раздраженный голос. — Что они себе здесь позволяют?
— Я слышала какие-то хлопки, похожие на выстрелы, — отозвался женский голос. — Может быть, это фейерверк?
— Фейерверк будет завтра вечером, — проворчал мужчина. — А сейчас раннее утро! И какой идиот гоняет туда-сюда на катере? Завтра пожалуюсь управляющему, пусть он прекратит это безобразие. Невозможно спать!
Когда стихли удаляющиеся шаги возмущенного туриста, я выбрался на причал, снедаемый подозрениями в отношении миссис Алисон Смит: хотя она и спасла мне жизнь, я уже не мог ей безоглядно доверять после всего случившегося.
Прошло не менее четверти часа, прежде чем Алисон появилась. Выбравшись с моей помощью из воды, она с негодованием воскликнула, тяжело дыша:
— Проклятый катер! Он едва не утопил меня! Хорошо, что они меня не заметили.
— А что с нашей лодкой? — спросил я.
— Когда матрос обнаружил кошку, я забралась по якорной цепи на палубу и затаилась. Лодку унесло в море.
— Ты ловко управляешься со своим пугачом, — сказал я.
— С шести ярдов трудно промахнуться, — скромно произнесла она.
Мы побрели в гостиницу, думая каждый о своем.
— Я провалил все дело, — наконец нарушил я молчание. — Мне не удалось ни вернуть Слейда в тюрьму, ни убить его.
— Не так-то просто убить человека, — поежилась Алисон.
— Ты многих убила? — спросил я.
— Одного. Сегодня, — глухо ответила она. Ее вдруг начала бить сильная дрожь.
— Успокойся, — прижал я ее к себе, — со временем все забудется, я знаю. Нам нужно исчезнуть из гостиницы.
