— Не смей! — заявил Тулембеев, заметив, как хищно вспыхнули глаза напарника. — Я сам посмотрю. — Он подошел к туалетному столику, раскрыл шкатулку и запустил туда руку. — Здесь ничего нет.
— А может, он мне его сегодня подарит? — предположила Оксана. — У меня же день рождения только завтра. Дождитесь Илью и разговаривайте с ним.
Оперативники переглянулись.
— Тащи выпить! — приказал Швабрин, направляясь в гостиную и плюхаясь в кресло.
— Да от вас и так уже несет! — возмутилась от такой наглости Оксана.
— Не твое дело, — ласково произнес Тулембеев, поднимая ладонь, чтобы погладить ее по щеке. — Сказано тебе — неси, значит…
— Убери свою грязную лапу, чурка недоделанный! — брезгливо взвизгнула девушка, ударяя его по руке. — Ничего я вам не принесу. И вообще, убирайтесь вон, раз вы так хамите!
— Что-что-что? — заинтересовался Швабрин, вставая с кресла и подходя поближе. — Это что за разговоры такие? Нас, кажется, оскорбляют при исполнении, а? Да ты знаешь, что мы с тобой можем за это сделать? — рявкнул он.
Оксана сообразила, что положение становится опасным, и бросила быстрый взгляд в сторону приоткрытой двери ванной. Но Швабрин перехватил этот взгляд и, усмехнувшись, втолкнул девушку в гостиную, где она немедленно начала отступать назад, пока не приблизилась вплотную к телевизору, на котором стояла тонкая и узкая ваза индийской чеканки.
— Куда ж ты пятишься? — слащаво проговорил Швабрин. — Разве ж я тебя обижу? Ну, иди ко мне, сладкая… Ой, стерва!
Оксана была готова к нападению и, стоило ему метнуться вперед, сильно ударила его по голове металлической вазой. Почувствовав боль, от которой заплясали искры в глазах, Швабрин схватился за голову и закружил по комнате, яростно матерясь.
Воспользовавшись моментом, когда он находился к ней спиной, девушка рванулась из комнаты, но Тулембеев оказался проворнее. Схватив ее за талию, он одним рывком свалил на ковер. При этом попугай, сидевший в клетке, испуганно заверещал.
— Сволочь! — девушка укусила его за руку, когда он попытался закрыть ей рот.
— А, черт! — Тулембеев отдернул руку и, не сдержавшись, ударил ее по голове.
Последовало несколько минут совершенно бешеной схватки, сопровождаемой глухими ударами, падением мебели, треском раздираемой одежды. Тулембееву удалось задрать на ней юбку, и теперь он яростно пытался развести ее плотно сдвинутые колени. Швабрин остановился и с искренним интересом наблюдал за схваткой.
— A-а, помогите!
Испугавшись этого крика, азиат дернулся и, зацепившись ногой за телефонный шнур, свалил аппарат с журнального столика. Через секунду шнур оказался в его руках, он проворно обмотал его вокруг шеи девушки и начал душить.
Оксана захрипела, глаза закатились. Тело ее обмякло, а руки бессильно опустились. Девушка словно бы впала в беспамятство. Тем временем Тулембеев привстал перед ней на колени и лихорадочно расстегнул пояс брюк.
— Давай, давай, — подзуживал Швабрин напарника, который спустил брюки, а затем приподнял и согнул в коленях загорелые ноги девушки.
В двери раздался звук открываемого замка. Тулембеев, по-прежнему стоя на коленях, замер и беспомощно оглянулся на напарника. Швабрин метнулся в прихожую, доставая на ходу пистолет.
Илья Куприянов запер за собой дверь, повернулся и весело закричал:
— Эй, Ксюша, посмотри, что я тебе купил!
— Дай я посмотрю, — отвечал ему глухой мужской голос.
Куприянов вздрогнул — из гостиной появился какой-то бледный, зло улыбающийся большеносый парень с пистолетом в руке.
— Это что — ограбление? — растерянно пробормотал коммерсант.
— Можешь считать, что так. Давай сюда ожерелье.
— Откуда вы про него знаете?
— Много вопросов задаешь. Давай, живо.
Куприянов поспешно расстегнул пальто, достал футляр и протянул его Швабрину. В этот момент из гостиной донесся жалобный крик девушки. Оба вздрогнули, Куприянов сделал резкое движение, и Швабрин машинально нажал на спуск. Сначала с глухим стуком на пол упал футляр, за ним шумно рухнул Куприянов. Швабрин нагнулся над коммерсантом, отвел в сторону цветастый галстук и, увидев быстро расплывающееся на груди кровавое пятно, сокрушенно покачал головой.
Затем он поднял футляр и попытался засунуть его в карман, не сводя при этом глаз с убитого. Однако он совал футляр параллельно, и у него ничего не получилось — тот цеплялся за края кармана. Тогда, действуя как робот, Швабрин вынул ожерелье, сунул его в карман, а футляр бросил на тело Куприянова. После этого оперативник вернулся в гостиную.
Тулембеев, уже полностью одетый, стоял рядом с Оксаной, которая продолжала неподвижно лежать на ковре, глядя в потолок. Увидев Швабрина, она испуганно пошевелилась, одернула юбку и села, прислонившись спиной к дивану.
Он поднял пистолет и пошел прямо на нее.
— Ксюша — девушка хорошая, Ксюша — девушка хорошая, отчаянно верещал попугай, пытаясь вырваться из клетки, но Швабрин уже не слышал этого, видя перед собой наполненные диким ужасом глаза девушки и преисполняясь таким же ужасом от того, что он сам сейчас делает…
