— Видимо, от предыдущих покупателей… — Платон закончил одеваться и, стоя в дверях, оглянулся на Грету. — Будет лучше, если ты дождешься меня здесь и не будешь никуда выходить.
— А вдруг тебе понадобится моя помощь?
— В чем?
— Придать покойнику товарный вид!
Платон только присвистнул. Выйдя из здания, он миновал небольшой открытый двор и подошел к воротам.
— Кто? — спросил он, стоило водителю стоявшего в переулке «Лендровера» несколько раз просигналить.
— Бессмертные!
Платон усмехнулся придуманному им самим паролю и, отодвинув засов, распахнул обе створки ворот. Красавец «Лендровер», отделанный красивыми, «под дерево», панелями, медленно въехал во двор, и из него тут же выскочил энергичный разбитной парень, сидевший рядом с водителем.
— Привет, дядя! — махнул он Платону. — Так это ты тут жмуриками торгуешь?
Подобного рода веселость сразу не понравилась патологоанатому, однако в нем уже заговорил дух продавца, а потому он заставил себя угодливо улыбнуться и попытаться сострить в ответ:
— Оптом и в розницу!
— Ну так веди в кладовую!
— Прошу!
— Минуту, только шефа позову, — парень распахнул заднюю дверцу и помог выйти довольно бесцветному господину в ярком галстуке, золотых очках и с тонкой сигарой в зубах. Он молча окинул бесцеремонным взором Платона Васильевича.
— Прошу, — повторил тот, направляясь к зданию морга.
«Покупатели» последовали за ним, причем молодой весельчак все никак не мог угомониться.
— Ну и как идет торговля? — донимал он Платона. — Товар хорошо расходится?
— Торгуем помаленьку, — замороженным голосом отвечал патологоанатом. Войдя в здание, он повернул налево и вскоре уже открывал тяжелую дверь холодильной камеры.
Внутри находилось пять обнаженных старческих трупов — три старушки и два старика, недавно скончавшихся в окрестных больницах. Помимо них, лежал тридцатилетний работяга, утонувший спьяну в Москве-реке, немолодой бизнесмен, погибший в автомобильной катастрофе, давно высохший и никому не нужный бомж и сорокалетняя женщина, отравившаяся по неизвестной причине.
— Выбирайте вот из этих, — как можно любезнее предложил Платон, откатывая в сторону три тележки — с бомжом, старухой и стариком — и ощущая себя как-то виновато, ввиду скудности и «некондиционности» предлагаемого выбора. И это обстоятельство немедленно подметил весельчак:
— Залежалый товар подсовываешь, дядя! — наставительно произнес он.
— А свежий вы и сами можете изготовить, — не без иронии откликнулся Платон. — Кроме того, вы собираетесь хоронить или экспонировать?
— Экспо… чего?
— Экспонировать, то есть выставлять напоказ.
— Не, этого мы делать не будем, — покачал головой парень, после чего обратился к господину в золотых очках: — Ну так что, шеф, который берем?
— А почему нельзя выбрать вон из тех? — глуховато поинтересовался тот.
— У них есть родственники, которые их заберут, — пояснил Платон.
— Но мне нравится вон тот, — и господин указал на бизнесмена.
— Что вы, что вы! — замахал руками Платон. — У него жена и дети, а на послезавтра уже назначены похороны.
— Пять тысяч, — холодно отвечал господин.
— Долларов? — зачем-то уточнил Платон.
— Нет, юаней, — захохотал парень. — Давай, дядя, соглашайся.
— Не могу, хоть убейте!
— Ну, за последним дело не станет, — неожиданно сменив тон, зло сплюнул парень, но его босс вдруг снова подал голос:
— Десять.
На патологоанатома было жалко смотреть. Два предыдущих трупа он сплавил всего по тысяче долларов за каждый, однако там не было никакого риска — это были никому не нужные и давно забытые неопознанные трупы.
— Я никак не могу этого сделать, — буквально простонал он. — Ну, сами поймите — приедут родственники, будут прощаться, его же никем не заменишь.
— Да ладно тебе ломаться, придумаешь что-нибудь, — подбодрил его парень. — Например, убьешь кого-нибудь, чтобы пополнить свою коллекцию…
Но Платон, сознавая всю безвыходность ситуации, заупрямился. При этом ему в голову вдруг полезли странные мысли. Как быть, если подобные предложения будут поступать в дальнейшем? Проводить вскрытие черепа самым варварским образом, неузнаваемо уродуя лицо? Нет, это не годится… Но тогда, может быть, действительно «пополнять запасы», как выразился этот молодой прохвост, тем более что это есть где сделать. Прямо от морга начиналась длинная дорожка, ведущая от остановки, мимо многочисленных гаражей, к стоявшим в отдалении жилым домам. Сколько раз, находясь на дежурстве, он слышал голоса подгулявших прохожих, возвращавшихся домой мимо его морга…
— Ладно, берем этот, — неожиданно прервал его размышления господин в золотых очках, тыкая пальцами с зажатой в них сигарой в направлении голого старика.
— Заверни в бумажку и завяжи ленточкой, — тут же подхватил его подручный, в то время как Платон уже взялся за ручки каталки.
— Сколько? — остановил его вопрос покупателя.
— Полторы тысячи.
— Но по телефону мы договаривались на штуку! — возмутился его молодой коллега.
— Разве? — деланно изумился Платон. — Ну, извините, забыл.
