Дело было такого свойства и такого масштаба, что никто из этой пары — ни Попланов, ни Камарильский — не потребовали адвокатов, поэтому для снятия с них официальных показаний решено было провести допрос на месте, не отвозя их пока в кабинет следователя. А пока пострадавший писал заявление, Интерполов внимательно осмотрел место происшествия, ведь ему в соответствии со ст. 109 Уголовно-процессуального кодекса предстояло по этому заявлению либо возбудить уголовное дело, либо отказать в его возбуждении, либо передать заявление по подследственности или подсудности. Правда, сейчас, когда мы живем уже в третьем тысячелетии, руководствоваться в своих действиях Уголовно-процессуальным кодексом еще 1960 года, в котором в качестве основной задачи провозглашается тезис о том, что «Уголовное судопроизводство должно способствовать укреплению социалистической законности и правопорядка», выглядит нелепым анахронизмом. Но тем не менее… Поэтому в рамках предварительного дознания потерпевший и подозреваемый были тут же, на месте, допрошены и дали следующие показания о происшедшем.
Борис Эдуардович Камарильский, продавец-консультант ювелирного магазина, в прошлом кудрявый блондин, а ныне сохранивший от былой шевелюры только жиденький венчик по шестидесятой параллели гладкой глобусообразной головы, выглядел напуганным и напряженным. И это представлялось естественным. Еще бы, ему выпало только что пережить и нападение, и насилие, и потерю имущества — драгоценностей. А человек уже не первой молодости. Но, несмотря на перенесенное нервное потрясение, говорил он довольно связно и уверенно, только часто смачивал мелкими глотками воды пересыхающий от волнения рот. Вот его рассказ, изложенный по протоколу.
— Я взвешивал бриллианты на своих точных весах. На одной чаше весов были установлены гирьки, а на другой в это время находились стакан с водой и бриллианты. Стакан с водой я использовал для того, чтобы, доливая в него воду, уравновешивать весы. Иногда при точных измерениях используют мелкий песок, который подсыпают на облегченную чашечку весов, но я люблю чистоту, поэтому придумал себе такой способ, с водой, и пользуюсь им постоянно.
И вот в тот момент, когда весы с гирьками на одной, а бриллиантами и стаканом воды на другой чашках, как раз были уравновешены, ворвался этот грабитель. Видя серьезность намерений грабителя и его свирепый вид, я испугался за судьбу бриллиантов и быстро опустил их в стакан с водой, стоящий на той же чашке весов. Бриллианты были высочайшего качества, что называется, камни «чистой воды». Как известно, такие камни имеют коэффициент преломления такой же, как и чистая вода, и в воде они по этой причине совершенно невидимы. Потому они так и называются — «бриллианты чистой воды». Так вот, я бросил бриллианты в воду, и они действительно стали невидимы.
Но я не учел одного обстоятельства. За счет выталкивающей силы Архимеда камни потеряли в весе. Чаша весов, на которой находились сосуд с водой и камни, стала легче и начала подниматься вверх. Гирьки ее перевесили. Подскочивший ко мне бандит схватил меня за ворот рубашки и закричал: «Где камни! Куда ты дел камни? Отвечай!» Я молчал. Тут он заметил, что чашка со стаканом воды поднялась, и, видимо, сообразил, в чем дело. Ударив меня кулаком в лицо так, что я потерял способность сопротивляться, он запустил руку в стакан, забрал оттуда бриллианты, спрятал их в свой карман и, прихватив еще несколько украшений с витрины, скрылся.
Далее на вопрос, а где же в это время был охранник, который всегда обязан присутствовать в торговом зале, ювелир виновато, но уверенно говорил, что, мол, конечно, тот должен бы быть. Но ведь пожары всегда случаются не тогда и не там, где их ждут пожарники с брандспойтами наготове, а люди спотыкаются и падают тоже не в тех местах, где постелена солома. Охранник как раз покинул зал на несколько минут по своим личным физиологическим надобностям, но он об этом поставил в известность ювелира и попросил у него разрешения.
Конечно, это обстоятельство не могло ускользнуть от внимания Интерполова. Подозрительно, что именно в этот промежуток времени и состоялось ограбление, как его квалифицировал сам пострадавший. Словно грабитель знал об отлучке охранника и специально выбрал этот момент. Да, это могло бы насторожить, но ведь дело житейское, и совпадения возможны. Машины на перекрестках тоже не должны бы никак сталкиваться, каждый едет только на свой свет, но ведь сталкиваются же.
Задержанный, уличный хулиган и он же директор мелкооптовой торгово-закупочной фирмы Мишка Попланов, с милицией привык иметь дело, и это задержание его не должно было уж очень-то смутить. Но он тоже казался взволнованным, что можно было объяснить тем, что для таких, как он, все действия милиции по отношению к ним представляются несправедливыми. И вот, с видом не по справедливости обиженного человека он показал следующее:
