Пол почему-то почувствовал, возможно, под действием укола, что никакого выбора у него нет, и что он должен сказать правду.
— Да, — признался он.
Состоялся суд, на котором присутствовали сотни людей. Пол был поражен увиденным. Конечно, его осудили, но процесс проводился еще с одной целью — в назидание работникам комплекса 55.
Затем Пола поместили в большую стеклянную клетку в одном из углов внутреннего двора. Он стоял привязанным во весь рост. К различным частям его тела были подведены сотни проводков, которые шли в специальную Пластину Управления, где для каждого провода имелась своя собственная кнопка. Мучителями его стали работники комплекса 55, которые, чтобы показать свою преданность цивилизации, обязаны были в свободные от работы минуты останавливаться перед клеткой и нажимать на несколько кнопок. Это вызывало резкую, пронзительную боль, от которой Пол кричал и корчился, но никак не мог умереть.
Раз в день громкоговоритель напоминал ему и всем работникам, почему он там находится.
— Пол 2473, — раздавалось по радио, — своенравно и преднамеренно уничтожил две единицы ценной государственной собственности, Ричарда 3833 и Лауру 6356, совершил саботаж и является, таким образом, изменником родины.
Но просчеты Пола на этом не закончились. Одним из наиболее частых посетителей, энергично нажимавших кнопки, была Кэрол 7427.
Рут немного опомнилась и посмотрела на часы. Они показывали час пополудни. В два должен был приехать торговец недвижимостью, чтобы обсудить с ней и Джоном продажу их фермы. Ню теперь это бессмысленно: Джона больше нет.
Рут не знала, что делать. Позвонила в контору, чтобы отменить встречу, но там ей сказали, что работник уже выехал.
Рут посмотрела на тело Джона, лежавшее на полу в кухне. Сколько раз она говорила мужу, что пьянство до добра не доведет. Кабы он не пил и не обзывал ее последними словами, она бы не сорвалась, когда шинковала капусту, и не пырнула его кухонным ножом.
Рут снова взялась за капусту, заправила ее майонезом и поставила в холодильник, потом помыла стол и пол вокруг тела Джона. Она ненавидела беспорядок. Рут всегда гордилась четкостью своих мыслей и действий, но теперь впервые пожалела о содеянном. Она понимала, что рано или поздно придется рассказать о случившемся полиции, а значит, сесть в тюрьму до конца дней.
У двери раздался звонок. Приехал торговец недвижимостью. Рут открыла. На пороге стоял мужчина лет тридцати, рослый, в очках с толстыми стеклами, с громадными лошадиными зубами.
— Здравствуйте, миссис Грант. Я Дик Келли из агентства.
— К сожалению, мистер Келли, мистер Грант не может вас принять.
— О! Надеюсь, он здоров?
— Он занят.
— Жаль. — Келли заглянул в комнату. — Раз уж я здесь, может, позволите осмотреть дом?
— Не сегодня, мистер Келли.
— Я проехал почти тридцать миль, миссис Грант. — Келли явно был расстроен. — К тому же, меня интересует главным образом гостиная. У одной нашей возможной покупательницы особые требования к гостиной…
— Ну ладно, — уступила Рут, впуская его в дом. — Смотрите, но только гостиную. Я не готова показывать другие комнаты.
— Но вы же знали, что я приеду, не так ли?
— Да, конечно, но обстоятельства изменились.
Келли подошел к камину.
— Камин — одно из непременных условий моей клиентки. Ваш просто восхитителен. — Он принялся строчить в записной книжке. — Ваш дом — именно то, что она ищет… А это дверь в кухню?
Рут подскочила к двери.
— Сегодня я не могу показать вам кухню, мистер Келли.
— Уверен, что вас смущает пара немытых тарелок. Обещаю не смотреть на них.
— Прошу вас уйти!
Он пожал плечами и спрятал записную книжку в карман.
— Что ж… Но моя клиентка хочет побыстрее вселиться сюда. Когда можно привезти ее смотреть ферму?
— Я вам позвоню.
— Хорошо, миссис Грант, как вам угодно. — В его голосе слышалась обида.
Рут не любила огорчать людей, но сегодня ей было все равно. Во-первых, этот мистер Келли слишком настырен, подумала она, когда он ушел. Во-вторых, у меня другие дела.
Она попробовала уговорить себя позвонить в полицию, но тут снова раздался звонок. На пороге стоял все тот же мистер Келли.
— Не оставил ли я у вас свою авторучку? — спросил он. — Вы не видели? Нет? А можно мне поискать? Это подарок матушки…
— Да, да, входите.
Рут было приятно слышать, что на свете есть люди, которые ценят своих матерей. Будь жив ее сын, он сейчас был бы ровесником Келли.
Увидев, что Келли подошел к двери кухни, она встрепенулась.
— Мистер Келли!
Он обернулся, обнажив в улыбке свои лошадиные зубы.
— В кухню вы не заходили, — сказала ему Рут.
— Вы правы. Кстати, ручка у меня в кармане. Скажу вам честно: я пошел на этот маленький обман, чтобы вернуться в ваш дом. Дело в том, что, уходя, я заглянул в окно кухни и увидел такое… Конечно, я понял, что мистер Грант не принял меня вовсе не из-за чрезмерной занятости…
Женщина опустила голову и, всхлипнув, сказала:
— Я хотела позвонить в полицию…
